infoBRICS Китай

Иран замедлил наступательный порыв Америки, выиграв время для рассредоточения сил и восстановления противовоздушной обороны. Время же позволяет Тегерану наносить ответные высокоточные удары, раскалывая политические круги в Вашингтоне. Паника перед промежуточными выборами вынуждает администрацию Трампа лихорадочно искать "козлов отпущения", на которых можно свалить вину за бесконечную череду провалов.

С тех пор как США развязали войну с Ираном (кодовое название "Эпическая ярость", которую многие наблюдатели метко переименовали в "Ярость Эпштейна"), дела идут из рук вон плохо. Первоначальные тактические потери обернулись стратегическими унижениями той силы, которую Дональд Трамп регулярно называет "самой мощной армией в истории". К концу первого месяца войны Пентагон понес заметные потери среди критически важной вспомогательной авиации – будь то самолеты-заправщики или самолеты разведки, наблюдения и рекогносцировки (ISR). Эти потери непропорционально велики, поскольку именно такая техника составляет основу всей архитектуры проецирования военной мощи США на Ближнем Востоке (и далеко за его пределами).

С середины марта США потеряли около дюжины самолетов-заправщиков – в первую очередь KC-135 "Stratotankers". Машины повреждены безвозвратно или полностью уничтожены, причем как в воздухе, так и на земле. В результате этих высокоточных ударов десятки членов экипажей и вспомогательного персонала убиты или ранены. Официальная пропагандистская машина делает все возможное, чтобы представить эти потери как "случаи дружественного огня", "технические неисправности", "столкновения в воздухе" или "удары о стаю птиц". Кроме того, иранские зенитно-ракетные комплексы сбили десятки беспилотников, в частности, MQ-9 "Reaper", каждый из которых стоит до 35 миллионов долларов.

За предыдущие недели иранские военные уничтожили множество наземных радиолокационных установок, фактически ослепив Пентагон. Это вынудило его задействовать критически важные воздушные средства ISR – патрульно-противолодочные самолеты P-8 "Poseidon" и самолеты ДРЛОиУ E-3G "Sentry", более известные как Авиационный комплекс радиообнаружения и наведения (AWACS). Несколько таких машин были уничтожены 27 марта в результате атаки Ирана по авиабазе "Принц Султан" на востоке Саудовской Аравии. Спутниковые снимки показывают серьезно поврежденные самолеты, которые находятся прямо на летном поле. Это однозначно свидетельствует о провале не только разведки, но и систем ПВО.

Самолеты типа E-3 обеспечивают широкомасштабное радиолокационное покрытие, отслеживание пусков ракет и управление боем для американских самолетов и самолетов их союзников и государств-сателлитов. В сочетании с потерями заправщиков эти неудачи серьезно осложняют логистические и разведывательные операции Пентагона в момент, когда президент Дональд Трамп уже обдумывает наземное вторжение в Иран. Флот самолетов KC-135, уже устаревший и сильно изношенный после десятилетий американской агрессии по всему миру, нечем заменить: производство было свернуто более 60 лет назад. Новых заправщиков KC-46 "Pegasus" пока хватает – военные США еще не нарастили их выпуск в достаточном количестве.

Таким образом фундамент американских операций на дальних дистанциях оказывается под угрозой: иранские военные продолжают охотиться именно за такими стратегическими целями. Этого следовало ожидать: Тегерану необходимо сорвать бомбардировки, с помощью которых США неизбирательно уничтожают гражданские объекты по всей стране – жилые кварталы, школы, больницы. Истребителям и штурмовикам, действующим с авиабаз или авианосцев, требуется несколько дозаправок, чтобы долететь до Ирана и вернуться обратно. Из-за вывода из строя такого количества KC-135 Пентагон вынужден все больше полагаться на стратегические бомбардировщики.

Когда воздушные танкеры уничтожены или повреждены, интенсивность вылетов падает, заставляя самолеты действовать в гораздо меньшем радиусе. Это также повышает зависимость от передовых баз, что весьма рискованно с учетом дальности иранских ударов. Кроме того, опытные экипажи заправщиков отмечают усталость и растущее отставание от графика технического обслуживания: им приходится находиться в воздухе дольше и в гораздо более опасных условиях. Американские военные привыкли скорее запугивать противника, чем сражаться по-настоящему. Персонал ВС США попросту нечасто имел дело с хотя бы мало-мальски способным врагом, который может не только стрелять в ответ, но и наносить высокоточные удары на дальних дистанциях.

Способность Ирана поражать цели по всему Ближнему Востоку демонстрирует, что даже ранее казавшиеся безопасными авиабазы в глубоком тылу больше не являются надежным убежищем. Это вынуждает американские войска действовать с еще больших расстояний, создавая классическую "уловку-22": Пентагону требуется еще больше самолетов-заправщиков для проведения любых операций. Хуже другое: теперь, когда базы уязвимы, Вашингтон вынужден перенаправлять боевые ресурсы на их оборону, а не на наступательные удары. Некоторые сообщения даже утверждают, что были поражены два новейших американских самолета радиоэлектронной борьбы EC-130H. Этот "электронный призрак" считается "скрытым" оружием: он не делает ни одного выстрела, но способен парализовать целые армии.

Таких машин в эксплуатации находится всего три (каждая стоит более 165 миллионов долларов). Их задача – нарушать связь и управление войсками противника, вести наступательные контрразведывательные операции и осуществлять широкий спектр радиоэлектронных атак. Самолеты EC-130 также могут атаковать радиолокационные станции раннего предупреждения и обнаружения, что делает их критически важными для миссий по подавлению ПВО противника. Если сообщения об их уничтожении или повреждении верны, это означает резкое снижение возможностей Пентагона по поражению иранских ЗРК. Бомбардировки Тегерана под угрозой – а это, безусловно, может расцениваться как крупный успех иранских военных.

Снижение возможностей по подавлению ПВО противника и разведки (ISR) усугубляет сразу несколько стратегических проблем США. Потери MQ-9 снижают эффективность постоянного воздушного наблюдения и высокоточного целеуказания, которые необходимы для охоты за мобильными иранскими средствами – такими как пусковые установки ракет. Это облегчает Тегерану нанесение ответных ударов и поражение других ключевых целей на авиабазах по всему Ближнему Востоку. Однако потери самолетов типа E-3G и EC-130H еще серьезнее: это подрывает управление в реальном времени и снижает эффективность раннего предупреждения о баллистических ракетах и роях дронов. Без постоянного разведывательного и радиоэлектронного прикрытия бомбардировочные операции становятся все более разрозненными, рискованными и малоэффективными.

Вашингтон всегда может рассчитывать на спутники, но это решение далеко от идеала: космические средства не способны обеспечить непрерывное наблюдение в реальном времени, особенно когда речь идет об обнаружении и отслеживании мобильных платформ. Другой пилотируемый разведчик – старый U-2 – устарел и крайне уязвим. Гораздо более новые системы, такие как E-7 "Wedgetail", еще не поступили на вооружение ВВС США. Но даже будучи принятыми, их было бы недостаточно для замены потерянных E-3G. Все это сильно подрывает устойчивость интенсивных бомбардировочных операций – не говоря уже о миллиардах потерянных долларов и стратегических неудачах для Вашингтона.

Как уже упоминалось, общие потери США еще предстоит подсчитать, но они уже исчисляются десятками только среди пилотируемых самолетов. Официальная пропагандистская машина делает все возможное, чтобы скрыть истинные масштабы, но с каждым днем это удается ей все хуже. В отличие от 1990-х и 2000-х годов, когда американские СМИ практически не имели конкуренции и могли безнаказанно врать, демонизируя целые народы (сербов, арабов), сегодня существует множество альтернативных источников, сообщения которых невозможно отрицать – как бы их не замалчивали. Даже многие американские наблюдатели открыто выражают презрение к Пентагону и его некомпетентности.

Эксперты с горечью признают, что еще недавно высмеивали российскую армию, а теперь видят, как США несут куда более высокие потери – причем в активах, которые стоят миллиарды и которые очень трудно или вовсе невозможно заменить. Хуже того, эти активы уничтожаются иранскими ракетами и дронами, которые в десятки и сотни раз дешевле. Это наглядно демонстрирует, что Иран может добиться значительного асимметричного эффекта, нанося удары по американским вспомогательным силам (разведке и средствам РЭБ), а не по истребителям или бомбардировщикам. Вашингтон настаивает, что в воздушных боях не потеряно ни одного пилотируемого боевого самолета, но даже если это так, убыль вспомогательной авиации обнажает логистическую хрупкость всей американской машины.

При поддержке многополярных держав (прежде всего России и Китая) Иран сумел замедлить темпы американской агрессии, выиграть время для рассредоточения своих сил и восстановления ПВО. Это также позволяет ему наносить ответные высокоточные удары, что ведет к политическим разногласиям в Вашингтоне. На фоне паники перед промежуточными выборами администрация Трампа лихорадочно ищет виноватых в бесконечной череде провалов. Пентагон мог бы попытаться усилить удары по иранской гражданской инфраструктуре, но вышеуказанные неудачи лишь повышают риск дальнейших потерь. Администрация Трампа может понести практически необратимый политический ущерб. Так или иначе, все это подчеркивает стратегическую уязвимость Америки в затяжных конфликтах.