Атаки украинских беспилотников на российские порты на Балтике и на южный порт Новороссийска могут привести к снижению экспорта российской нефти.

Новороссийск продолжает работать, хоть и с неполной загрузкой. Обычно через него проходит 700 тыс. баррелей в сутки. А вот балтийские порты Усть-Луга и Приморск уже несколько дней остановлены.

Агентство Reuters посчитало, что сейчас в целом остановлено не менее 40% экспорта нефти из России, или примерно 2 млн баррелей в сутки. Но сюда входит не только остановка западных портов, но также выпадение объемов, которые шли по нефтепроводу «Дружба» в Венгрию, Словакию и Сербию. Плюс возможное выпадение до 300 тыс. баррелей из-за задержек танкеров с российской нефтью, которые идут из Мурманска. Но здесь причина не в разрушении инфраструктуры, а в геополитике. Украина с февраля прекратила транзит нефти по трубе, а задержки танкеров связаны с санкционной войной.

Великобритания хочет еще закрыть проход через пролив Ла-Манш танкерам с российской подсанкционной нефтью. Премьер-министр страны Кир Стармер заявил, что британские военные и полицейские получили право задерживать в территориальных водах страны санкционные суда российского «теневого флота» и намерены возбуждать уголовные дела. Однако эксперт ФНЭБ Игорь Юшков указывает, что пока это только заявления, и будет интересно посмотреть, как Британия сможет прописать это на законодательном уровне, потому что Лондон, в отличие от США, ратифицировал международную конвенцию по морскому праву, которая запрещает такой подход. Пока Британия задерживала российские танкеры, но могла лишь проверить достоверность флага, под которым идет судно, и через несколько дней его отпускали.

Что касается балтийских портов, то вывод их из строя может обойтись России в сотни миллионов долларов недополученной экспортной выручки.

«Если брать Приморск и Усть-Лугу, то речь идет примерно о 1,65–1,7 млн баррелей в сутки экспортной мощности. Приморск способен отгружать более 1 млн баррелей нефти в сутки, а Усть-Луга в прошлом году отправила 32,9 млн тонн нефтепродуктов, что грубо соответствует еще примерно 0,65 млн баррелей в сутки.

При текущей цене российской нефти, которая фактически уже торгуется около 99–100 долларов за баррель, выпадающая экспортная выручка составляет примерно 160–170 млн долларов в сутки. Это десятки миллиардов рублей в день

недополученной экспортной выручки, а прибыль будет еще ниже, потому что из нее нужно вычитать добычу, логистику, фрахт, страхование и скидки покупателям», – посчитал Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.

Если брать оценку потери экспорта в 2 млн баррелей в сутки, то при цене около 100 долларов – это примерно 200 млн долларов недополученной экспортной выручки в день. В пересчете на месяц – это уже около шести миллиардов долларов, отмечает Чернов. Но это скорее оценка нарушенной логистики, а не полностью потерянного экспорта, так как часть объемов будет перераспределяться, но с временным лагом и с ростом затрат, уточняет эксперт.

«Балтика – это короткая и дешевая логистика. Ее выпадение означает более длинные логистические маршруты и, соответственно, более дорогой фрахт и рост скидок», – говорит Чернов.

Однако проблема в том, что перенаправить все выпадающие объемы с балтийских портов на другие направления сложно. Порты везде загружены, как и трубопроводы в восточном направлении.

«Быстро перестроить логистику в альтернативные порты фактически невозможно, поэтому как минимум временно экспорт может быть снижен», – говорит Сергей Кауфман, аналитик ФГ «Финам».

«Однако если России придется на какое-то время сокращать экспорт и притормаживать добычу, то это все усугубит дефицит предложения на мировом рынке, цена вырастет, и за счет оставшихся объемов нашего экспорта мы сможем заработать столько же, сколько могли заработать с прежними объемами.

Хотя, конечно, хотелось бы экспортировать нормальные объемы, так как цена уже привлекательная», – говорит Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ).

Пока не понятно, насколько серьезно пострадала портовая инфраструктура на Балтике. «На наш взгляд, полностью надолго вывести порт из эксплуатации очень сложно, поэтому ожидаем, что основную часть экспорта удастся восстановить в короткие сроки. Ранее различные порты уже неоднократно подвергались атакам, но экспорт если и проседал, то только временно», – говорит Кауфман.

Сильнее всего, судя по открытым источникам, пострадал порт в Усть-Луге. Нервозность у рынка также вызывает возможный ущерб газоперерабатывающим мощностям в Усть-Луге, так как их отремонтировать сложнее, чем экспортный терминал, отмечает Кауфман.

Для остального мира выпадение таких объемов российской нефти (а она сейчас нарасхват у азиатских стран) не несет ничего хорошего. «Рынок нефти и так фактически находится в дефицитном состоянии. Любое дополнительное выпадение объемов вызывает дальнейшую нервозность и толкает цены наверх. Перебои с поставками из РФ в первую очередь отразятся на крупнейших ее импортерах – Китае и Индии. Но локально российская нефть могла бы стать альтернативным источником импорта для многих стран Южной и Восточной Азии. То есть пострадавших от перебоев с поставками нефти из РФ может быть достаточно много», – говорит Кауфман.

Чернов отмечает, что выпадение почти 2% мирового спроса очень чувствительно для нефтяного рынка и формируется сразу несколько эффектов. Кроме роста цен на нефть, который уже имеет место быть, произойдет подорожание нефтепродуктов, в первую очередь дизеля и авиационного топлива. И наконец, это усиление конкуренции за свободные объемы со стороны стран Азии и Европы. Фактически российский фактор накладывается на геополитическую премию и усиливает волатильность рынка, заключает Чернов.