Британские СМИ сообщают, что напряжённые поиски русской субмарины ведутся с прошлого воскресенья, и уточняют, что происходящее не является "учебной тревогой".

Официальный представитель ВВС Великобритании заявил, что с британской стороны в операции участвуют противолодочные самолёты P-8 Poseidon, которые взлетают с авиабазы Лоссимаут в Шотландии.

Американцы задействовали патрульные самолёты, которые базируются в Исландии. Им в помощь отправлены дополнительные силы из Сицилии — возможно, речь идёт о беспилотниках большой продолжительности полёта RQ-4 Global Hawk.

К охоте за русской подлодкой подключилась и Норвегия, самолёты морской авиации которой совершили несколько вылетов. Участие не сильно активное, но норвежцы вылетают с авиабазы Эвенес, расположенной за полярным кругом вблизи города Нарвика, что позволяет им контролировать пути отступления нашей подводной лодки в Баренцево море — вплоть до берегов архипелага Шпицберген и Гренландии. Кроме того, Норвегия задействовала в операции противолодочный фрегат "Сомерсет", который вместе с другими надводными кораблями НАТО патрулирует северный участок района поисков.

Сообщалось, что к среде союзные силы провели более 27 поисковых полётов, в ходе которых противолодочные самолёты несколько раз прочесали район наиболее вероятного местонахождения нашей лодки.

Причина этой активности связана с проведением учений новейшего американского авианосца "Джеральд Форд" стоимостью более 13 миллиардов долларов, которому наша подлодка якобы создала угрозу своим присутствием.

Примечательно, что до сих пор не понятно, была ли на самом деле русская подводная лодка в районе учений, или же натовская авиация ловит чёрную кошку в пустой тёмной комнате. Однако риторика англосаксов предельно воинственная.

НАТО демонстрирует, что контролирует ситуацию. Либо они уже обнаружили подводную лодку или подводные лодки и контролируют её, либо она ещё не у них и им нужно её захватить,

— заявил журналистам бывший командир британской подводной лодки Райан Рэмси.

Не менее бодро высказался и бывший командующий ВМС США Том Шарп.

Похоже, они обнаружили российскую подводную лодку и обстреливают её. Это как бы говорит России: мы тебя видим,

— заявил Шарп.

В общем, очередное "хайли-лайкли" (highly likely — словосочетание, ставшее символом бездоказательного вранья при намерении в очередной раз обвинить Россию и русских в чём-нибудь ужасном): русские то ли есть, то ли их нет, но они точно создали угрозу.

"Ну, тупые"?

Действительно, на первый взгляд (да ещё с позиции сухопутного человека) происходящее выглядит как переполох в курятнике, и, кажется, самое время шутить очередную задорновскую шутку про американцев, писать бодрый репортаж о том, как ловко наши подводники их напугали, какие замечательные у нас подводные лодки. Прицепом вспомнить пару-тройку клише тридцатилетней свежести о том, что субмарины проекта 636.3 "Варшавянка" в НАТО прозвали "чёрной дырой" из-за того, что якобы не могут их обнаружить. Ну и пройтись далее по всем пунктам "переможного" меню и "аналоговнетных" сказок эпохи парадов и танкового биатлона.

Вот только опыт последних трёх лет СВО и судьба нашего Черноморского флота немного сбивают настрой на бесшабашное веселье.

В реальности охота за вражескими подводными лодками во время своих учений — неотъемлемая часть любых морских манёвров. Наш флот точно так же поднимает морскую авиацию и пытается найти чужие субмарины во время своих учений, как это сейчас делают американцы с британцами.

Так уж сложилось, что у военных моряков принято считать, что обнаруженная неприятельская подводная лодка условно приравнивается к утопленной, а необнаруженная — к утопленным своим кораблям и субмаринам.

Такие вот специфические военно-морские традиции. И с этой точки зрения враг действует предельно логично: с полным вложением сил и средств отрабатывает поиск и уничтожение нашей подводной лодки, вышедшей в критически важную для них акваторию. Есть она в реальности или нет, не имеет никакого значения: боевая подготовка идёт с максимальной серьёзностью и обязательно пригодится врагу, если дело дойдёт до реальной войны.

Мы обязаны за ними присматривать

Военный эксперт, капитан первого ранга запаса, не видит в происходящем ничего смешного.

Любые учения такого плана [важны], особенно когда задействованы такие силы, как авианосец, а его прикрывает ещё целая рать кораблей, включая норвежские, британские. Вполне вероятно, что там подводные лодки находятся. Не вероятно, а скорее всего американские и британские многоцелевые лодки находятся. И мы должны знать обстановку. Потому что это зона ответственности Северного флота, и мы обязаны присматривать. И они присматривают во время наших учений. Такая работа у всех сейчас,

— пояснил Дандыкин в разговоре с Царьградом.

При этом военный эксперт подчеркнул, что происходящее и для наших подводников, и для их противников является не рутинной работой, а выполнением боевой задачи.

Снимают параметры, и если определяют подводную лодку, то это огромный успех. Потому что её параметры фиксируются и сохраняются в базе данных. Каждый надводный корабль, если где-то подводную лодку обнаружил, установил с ней контакт — то это успех экипажа, награда командиру и всем остальным. Так было и так остаётся. Но вот наши ребята работают так, чтобы их никто не определил. Я думаю, что там работают и наши подводники, и наша авиация где-то там находится. И корабли надводные, если необходимость такая.

По словам нашего собеседника, противник у наших подводников крайне серьёзный и в условиях войны — весьма опасный.

"Посейдон" — очень серьёзный противник в части морской авиации и особенно в части противолодочной авиации. Это самолёты на базе гражданского "Боинга-737", только начинённые всяким противолодочным оборудованием, включая оружие и гидроакустику. При пролёте он сбрасывает гидроакустические буи и с их помощью контролирует ситуацию под водой. Это серьёзный противник, которого мы знаем,

— пояснил Дандыкин.

У англичан ружья-то кирпичом не чистят…

Компетентные люди ранее отмечали, что британцы и американцы намного серьёзнее нас относятся к полномасштабным тренировкам и проводят их в условиях максимально приближённых к боевым. В частности, британский флот практикует "четверговые стрельбы" (Thursday War), в ходе которых надводные корабли отражают массированные удары ложными целями, имитирующими атаки крылатыми ракетами, идущими на минимальной высоте. Также отрабатывается борьба с пожарами, затоплениями и прочие мероприятия по обеспечению живучести поражённого корабля. Американские подводники регулярно проводят подлёдные стрельбы торпедами в сложной гидрологической обстановке.

Для сравнения, наш флот годами ради экономии средств проводил "электронные" пуски торпед, а надводные корабли учились отражать налёты крылатых ракет, сбивая единичные цели на высотах в сотни метров (реальная высота полёта крылатой ракеты составляет 5–7 метров над поверхностью моря). Судьба флагмана Черноморского флота ракетного крейсера "Москва" стала логичным и закономерным результатом такого подхода.

У нас вообще никогда не проводилось торпедных стрельб в Арктике, подо льдом с включёнными системами самонаведения. При этом наши "партнёры" проводят там ежегодные противолодочные учения с групповым применением субмарин и отстрелом до двух десятков торпед на одну подлодку. И пока мы в Арктике фактически занимаемся "патрулированием с элементами фитнеса", противник отрабатывает там жёсткую боевую подготовку, находясь в готовности к немедленному уничтожению наших подлодок с получением приказа,

— объясняет разницу в нашем и американском подходах капитан 3-го ранга запаса Максим Климов.

В сухом остатке

Впрочем, кто куда какими торпедами стреляет — это тонкости, которые интересны только ограниченному кругу экспертов. Если же смотреть на нынешнюю активность НАТО в Норвежском море, то можно сделать намного более широкий и, возможно, более важный вывод: эти учения в очередной раз показывают, как работает собранный против нас военный механизм: сухопутные вооружённые силы, авиация и флоты разных стран органично дополняют друг друга. И даже небольшие государства, не имеющие крупных сил, вносят важный вклад в способность альянса бороться с нами, размещая на своей территории военные базы и обеспечивая войска более сильных союзников всем необходимым.

Хрестоматийный в этом плане пример — Норвегия: с момента распада СССР и до начала СВО страна сократила свои вооружённые силы с 13 до 4 бригад, число военнослужащих снизилось с 19 до 7,5 тысячи человек, а танков — с 200 до 36. При этом норвежцы сохранили авиацию, которая почти полностью состоит из истребителей-бомбардировщиков F-35, и военно-морские силы, которые полностью заточены под противодействие нашему Северному флоту — начиная от размещения на фрегатах пусковых установок МК-41 (что даёт небольшим корабликам возможность сбивать наши стартующие межконтинентальные баллистические ракеты) и заканчивая подразделениями, возможно, лучших в мире подводных диверсантов, чьё предназначение — уничтожать русскую донную инфраструктуру, открыв с началом войны американским подводным лодкам доступ в Баренцево море. То есть государство вражеского блока радикально снизило свои расходы на оборону, но при этом как было его назначение "порогом, об который споткнутся русские", так им и осталось.

https://tsargrad.tv/articles/nato-fedja-nato-polnyj-spisok-vragov-okruzhivshih-rossiju_469176

И именно поэтому Россия ни при каких условиях не может позволить, чтобы Украина была интегрирована в НАТО, будь то через официальное членство или в рамках ныне модной темы "послевоенных гарантий безопасности". Даже небольшие страны, включённые в западную военную машину, представляют для нас большую проблему, так как несмотря на малые размеры и ограниченные ресурсы, каждая из них специализируется на своей задаче и обеспечивает преимущества блока в отдельной локации или сфере. К слову, отсюда же следует, что России рано или поздно придётся закрывать не только украинский, но и прибалтийский вопрос, а возможно, ещё и молдавский. Так что с завершением СВО ничего не кончится, борьба Запада с Россией лишь выйдет на новый уровень да сменит локацию.