В российском бюджете можно найти резерв на сумму до 2 трлн руб. ежегодно, сообщил председатель комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам Анатолий Артамонов. Для сравнения, после недавних поправок расходы федерального бюджета на 2025 год составляют 42,298 трлн руб., а дефицит — 3,792 трлн руб.

Это возможно сделать в том числе за счет оптимизации неэффективных расходов, отказа от концессий на строительство социальных объектов, нерезультативных льгот. Под сокращение могут попасть убыточные санатории и непрофильное имущество — вроде футбольных клубов с сумасшедшими зарплатами.

Сенатор полагает, что созданный резерв необходим для финансирования приоритетных расходов — это в том числе высокотехнологичные отрасли, оборона и безопасность. По мнению Артамонова «бюджетная консолидация» будет идти не путем фронтального секвестра бюджета, а в рамках отказа от неэффективных трат и «максимального задействования всех источников доходов».

Оптимизация не затронет социальные расходы, так как они считаются «защищенными статьями». Артамонов также подчеркнул, что сокращение расходов возможно провести на примерно такую же сумму и в 2026—2028 годах.

Экономист Андрей Бунич в разговоре с «СП» подчеркнул, что в спокойные времена в российском бюджете действительно накопились различные расходы, которые требуют переоценки и сокращения.

— Оценка в 2 трлн руб. достаточно реалистична. Очень много неиспользуемого имущества, которое не дает отдачи. Это задача не только фискального ведомства, она требует экономического анализа хозяйственной деятельности.

«СП»: Насколько масштабна в России проблема недополученных доходов?

— У нас десятки тысяч объектов находятся зачастую вне правового поля. Они могут прикрываться разного рода судебными тяжбами и исками, которые позволяют выводить имущество из-под налогообложения. В итоге такие предприятия не дают доходов бюджету.

С помощью оффшоров и мутных юридических процедур создаются ситуации, когда с определенных предприятий невозможно собрать налоги. При этом кто-то эти объекты контролирует и получает реальную прибыль, которая выводится в основном за рубеж. Ущерб от подобных операций может быть очень большим.

Если заниматься этим предметно, то многие проблемы бюджета вполне реально решить.

Но это потребует комплексного экономического подхода с анализом хозяйственной деятельности объектов, к которому может подключаться в том числе Счетная палата.

Государство правильно наводит порядок в бюджете, но это займет время. Чтобы запустить предприятия в оборот, все равно потребуется ждать прихода новых руководителей и налаживания работы бизнеса. К тому же эти действия упираются в создание новых экономических механизмов внутри России.

«СП»: Потенциальные 2 трлн руб. от сокращенных расходов составляют чуть больше половины от текущего дефицита бюджета. Будет ли последний показатель расти?

— Дефицит бюджета может вполне увеличиться, так как экономика фактически не растет. Конечно, дефицит все же немного искусственный из-за завышения курса рубля.

В такой ситуации ряду игроков у нас проще заработать в условиях высокой ставки. Можно просто положить деньги на депозит и получить 30% дохода, если подсчитывать укрепление рубля к другим валютам.

С другой стороны, бюджет может выиграть от ослабления рубля до 100 за доллар, даже если это произойдет ближе к концу года, так как наиболее существенные расходы по сравнению с другими месяцами приходятся на декабрь. И тогда курс в 100 руб. за доллар позволит сократить расходы более чем на 20%.

Но есть и более устойчивая негативная тенденция, связанная с проблемами роста экономики. В большей части отраслей, в том числе в строительной, начинается стагнация. Ряд предприятий уже не может нормально платить налоги или им вообще нужна помощь государства. Понятно, что это давит на бюджет.

«СП»: Может ли проблема с дефицитом бюджета усугубиться?

— Операции с курсом, конечно, позволят значительно сократить расходы. Но если в ближайшее время не будут предприняты меры по ускорению экономического роста и не будет представлена реальная программа по обеспечению трансформации экономики, то бюджетная проблема может стать устойчивой.

Пока что сформированный дефицит бюджета рукотворный, из-за необъективного курса рубля. Но дефицит все равно становится хроническим, то есть деньги придется искать постоянно.

Если раньше сохранялась надежда на какие-то дополнительные нефтяные доходы, то сейчас уже всем понятно, что в ближайшие годы на внешних рынках мы уже не получим экспортные доходы в больших объемах. В лучшем случае получится сохранить текущие показатели.

Если в России не заработают отрасли, ориентированные на внутренний рынок, и не будет создан самодостаточный народно-хозяйственный комплекс (как в Китае и США), то мы не получим новые доходы.

Поэтому требуется опора на малые и средние предприятия, создание собственного рынка капитала, запуск небольших, но многочисленных проектов.

При стагнации просто не бывает хорошего бюджета. В таком случае постоянно придется помогать разным компаниям и даже спасать их.

«СП»: На каком уровне должна находиться ключевая ставка, чтобы предприниматели действовали более активно, и соответственно способствовали наполнению бюджета?

— Не следует воспринимать этот показатель как единственный механизм. У ЦБ кроме ключевой ставки есть десятки приемов, которые позволяют регулировать рынок, в том числе требования к залоговому обеспечению (гарантия возврата кредита), достаточности капитала (хватает ли собственных средств для покрытия потенциальных убытков), нормативы ликвидности (способно ли учреждение удовлетворять текущие и ожидаемые требования клиентов по снятию средств) банков.

От подобных механизмов зависит кредитование разных проектов и их регулирование влияет на большие суммы в экономике.

При прочих равных, конечно, низкая ставка лучше, но это далеко не единственный фактор. Тем более она в ближайшие месяцы все равно будет снижаться. Но даже если ставка достигнет уровня в 10%, то это не будет означать, что вся экономика расцветет, хотя бизнесменам, которые и так активно работают сегодня, станет полегче.

В последние годы у нас произошла краткосрочная адаптация, в том числе выраженная в смене логистики и транспортировки товаров.

Но структура российской экономики принципиально не поменялась, а рынок капитала так и не был создан, несмотря на большой потенциал развития и завоевание определенной самостоятельности в проведении экономической политики.

https://svpressa.ru/economy/article/474149/