Некоторые российские олигархи и западные акционеры будут вынуждены вернуть государству ту собственность, которую незаконно захватили в девяностые годы прошлого века.

Владимир Путин дал поручение правительству России совместно с Российским союзом промышленников и предпринимателей (РСПП) уточнить процедуру национализации (деприватизации).

В настоящее время прокуратура подаёт в суды исковые заявления о возвращении той собственности, которая была приватизирована незаконно. В то же время собственники заявляют, что у экономических преступлений есть сроки давности, которые давно истекли. И если «хапок» произошёл ещё в прошлом веке, то по их мнению никто никому ничего возвращать не должен.

Так или иначе, но согласно поручению президента, законопроекты, которые уточнят, у кого и что государство может забрать обратно, должны быть внесены в Госдуму до 1 апреля.

Есть ли срок давности у ваучерной приватизации, или его нет? Что и у кого государство может забрать обратно? Своё мнение об этом «Свободной Прессе» высказал адвокат и политик Дмитрий Аграновский:

— Решение Конституционного суда о сроках давности по делам об имуществе, приобретенном в результате коррупционных нарушений, уже вынесено — 31 октября 2024 года. КС постановил, что сроков давности по таким делам быть не должно.

Срок давности касается уголовного преследования. Поэтому о тюремных сроках речь не идёт. Но имущество — верни.

«СП»: Вместе с тем в поручении Путина говорится и о защите прав добросовестных владельцев. Можно так понимать, что если владелец предприятия хорошо им управляет, то на «недочёты» в приватизации 90-х можно закрыть глаза?

— Сейчас государство в связи с изменением международной обстановки вынуждено вспомнить, что приватизация в 90-е годы была проведена с большими проблемами, о которых постоянно говорила левопатриотическая оппозиция.

В те годы у нас были другие союзники. А сейчас государство ради своей обороноспособности и безопасности занимается частичным возвращением приватизированного имущества — национализацией.

Государство возвращает имущество, которое было утрачено в результате сомнительных процессов. Естественно, что если какое-то предприятие эффективно работает в частных руках, качественно выполняет оборонный заказ — никто не будет нарушать его деятельность.

«СП»: Акционеры не всегда участвуют в работе предприятия. Они просто хотят получать дивиденды. И тут их акции вдруг национализируются. Они заявляют, что это несправедливо…

— А приватизация 1992 года была справедливой? Это была чрезвычайная, невиданная в мировой практике процедура, которая обогатила одних и нанесла огромный ущерб большинству. Сейчас стоит вопрос об обратном процессе — национализации.

Поэтому я согласен с позицией Конституционного суда об отсутствии срока давности.

«СП»: Но если КС уже вынес определение, то над какой законодательной базой теперь работают правительство и РСПП?

— В нашем законодательстве тема национализации развита очень слабо, хотя в большинстве развитых стран эти нормы присутствуют. Там часто национализируют даже имущество, приобретённое не в результате приватизации, а просто — если это необходимо государству, для обороноспособности или обеспечения его функций.

Президент не ставил цели установить однозначные правила, а дал задание — разобраться, внимательно изучить этот вопрос. И привлёк к работе РСПП. Потому что кто такие Шохин и РСПП? Это люди, заинтересованные в удержании бывшей народной собственности в своих руках. Их мнение никто не игнорирует.

Конечно, нам нельзя выплеснуть с водой и ребёнка — поставить под угрозу частные предприятия, работающие эффективно. Но признать, что в процессе приватизации были допущены чудовищные перегибы в пользу узкого круга людей — необходимо. Поэтому обычные нормы об обычных сроках давности по обычным сделкам здесь не подходят. В таком случае возможность для национализации должна оставаться бессрочно.

Собственники, которые каким-то образом получили стратегические активы, должны понимать: если они будут с ними обращаться плохо, не в интересах государства и общества, то эти активы могут быть национализированы. Обратите внимание: прокуратура не цепляется к собственникам предприятий, которые работают так, как государству нужно.

«СП»: Вы утверждаете, что приватизация была несправедливой. Но ваучер получил каждый гражданин России, шансы у всех были абсолютно равны. Победили сильнейшие, кто смог своим ваучером распорядиться, что тут несправедливого?

— Не скажу за всех, но я не припомню случаев добросовестной приватизации 90-х годов. Накануне приватизации у большинства наших бабушек и дедушек были очень неплохие накопления на сберегательных книжках. С помощью этих накоплений они вполне могли участвовать в приватизации. Получить не какие-то ваучеры, а реальные полноценные пакеты акций. Четыре таких бабушки могли запросто приватизировать какое-то кафе. Но эти вклады обесценили, и абсолютное большинство граждан в приватизации участвовать не смогли. Вместо денег дали ваучеры, с которыми никто не понимал, что делать.

Лично я распорядился своим ваучером самым лучшим образом. Он у меня лежит дома, как доказательство самой грандиозной аферы в истории человечества. Я сохранил этот уникальный исторический документ, хотя и больно к нему прикасаться.

Просто времена изменились. Тогда было ощущение, что мы дружим с Западом, и всё общее нужно раздать частникам. Сейчас — другое понимание. Кое-что нужно забрать у частников, особенно — западных.

Поэтому критерии добросовестности частного владельца могут быть очень разными, и нужно учитывать все обстоятельства.

https://svpressa.ru/politic/article/446495/