Данияр Ашимбаев

70-летний президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган все больше примеряет на себя статус султана и халифа.
За время его 11-летнего премьерства и 20-летнего президентства страна сильно укрепилась не только в региональной, но и глобальной политике.

Анкара активно продвигается на Ближний Восток, в Закавказье, Центральную Азию, Северную Африку.
Эрдоган - партнер, мягко говоря, сложный. С теми, с кем он как бы союзничает, обходится весьма бесцеремонно, а с теми, кого открыто критикует, ведет сложную закулисную игру.
К Эрдогану есть серьезные вопросы в Вашингтоне, Москве, Пекине.
Экономическая ситуация в Турции сложная; амбиции президента превышают возможности страны, но к нему пока благоволит конъюнктура. Война на Украине сделала его поставщиком и посредником на рынке оружия и резко увеличила турецкий транзит.
Электоральная поддержка не растет и не падает, застыв в районе скромных 52% (на выборах 2014, 2018 и 2023 гг.).
Старый противник Гюлен умер в этом году в эмиграции, а у оппозиции пока нет сильного лидера.

Нет сильного наследника и у самого Эрдогана. Многие упоминают его зятьев - бизнесмена Сельчука Байрактара и министра энергетики Берата Албайрака, но им до тестя еще далековато.
Система держится все-таки на самом лидере, и не факт, что политические завоевания Эрдогана станут константой.
Сейчас ему удалось снести Башара Асада, но одно дело свергнуть непопулярного лидера, а другое - восполнить чем-то возникший вакуум и сделать этот процесс подконтрольным.
Как бы не называли взявших Алеппо и Дамаск боевиков "конструктивными", "умеренными" или "повстанцами", факт остается фактом: в регионе по сути победили наследники ИГИЛ, получившие теперь доступ к израильской границе.

Да, 70-летний Эрдоган и 75-летний Нетаньяху избавились от старого противника и подорвали позиции Ирана в Леванте. Логика исторического процесса подсказывает, что даже если удастся стабилизировать Сирию, то процесс этот будет очень недолгим, и негативные процессы быстро перекинутся на остатки Ливана и Ирак.
Инструменты, которые Турция использовала в сирийском конфликте, очень настораживают страны Центральной Азии, которым агрессивная исламизация, мягко говоря, не нужна. Вызывают они сильную настороженность и у наших традиционных союзников.

Эрдоган пытается навязать Центральной Азии признание Северного Кипра, турецкий алфавит и турецкую идентичность в своем понимании. Но нужно понимать, что "тюркское братство" не имеет под собой антропологической, культурно-бытовой, социально-экономической, географической и, в принципе, лингвистической базы. Это красивый образ - такой же, как "славянский мир", "арабский мир", "исламский мир".
Турция безусловно может быть стратегическим союзником (в числе других), но ее гегемония, по крайней мере в нашем регионе, является слишком уж токсичной.