О том, что градус агрессии в казахстанском обществе растет, сегодня говорят на всех уровнях - вплоть до главы государства. Однако глубокому анализу этой проблемы и предупреждению ее негативных последствий уделяется недостаточно внимания. Сегодня у нас в гостях философ и аналитик Талгат Мамырайымов, предлагающий свой взгляд на происходящее.

Человечество не раз убеждалось, что жизнеспособность общества во многом зависит от его нравственных ориентиров. Ведь людей объединяют не только территория, язык, история и политические институты, но и общая система ценностей. Если в ее основе нет уважения к правам и достоинству каждого человека, то сосуществование превращается в постоянную борьбу за ресурсы и положение.

Вот почему те тревожные явления, которые наблюдаются в казахстанском обществе, требуют глубокого осмысления и катарсиса. Речь идет об агрессивности, психологическом насилии, дефиците эмпатии и пренебрежении к тем, кто оказался слабее или в трудном положении. Я не говорю, что эти качества есть у всех казахстанцев - в стране немало порядочных, отзывчивых и бескорыстных людей, готовых помочь в том числе незнакомцу. Однако нельзя игнорировать усиливающиеся общественные установки, при которых жестокость превалирует над состраданием.

Иначе мы рискуем столкнуться с опасной ситуацией, когда человек, соблюдающий этические нормы, окажется в менее выгодном положении, чем тот, кто действует агрессивно и цинично. Как показывает опыт многих стран, такое общество постепенно теряет способность отличать нравственное превосходство от превосходства в физической и финансовой силе.

По понятиям или по совести?

Особого внимания требует укоренившаяся в Казахстане "пацанская мораль", выросшая из криминальной субкультуры. Да, у нее есть свои плюсы в рамках так называемого "кодекса чести". Однако в основе этой морали лежит не справедливость и ответственность за свои поступки, а поклонение силе. Уважают здесь прежде всего тех, кто силен как физически, так и материально, способен внушать страх окружающим людям. А тех, кто не может постоять за себя либо беден, напротив, ждет пренебрежение и унижение.

Этот деструктивный подход вытесняет общечеловеческие ценности и золотое правило нравственности: поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Криминализированная "пацанская" логика гласит: поступай с другими так, как позволяют твои сила и статус. Как следствие происходит нравственная инверсия: честность начинает восприниматься как глупость, милосердие - как слабость, гуманная скромность - как отсутствие достоинства, зато беспринципность и агрессивность - как признаки успеха.

Такое общество сталкивается с серьезными внутренними противоречиями. Оно может провозглашать уважение к старшим, традициям, чести, но при этом терпимо относиться к унижению беззащитного человека; осуждать подлость и несправедливость, но оправдывать их, когда это выгодно или когда они исходят от кого-то из "своих". В таком случае мораль превращается из универсального критерия оценки поступков в избирательный инструмент. А неформальные нормы зачастую направляют формальные, когда, к примеру, законы так же начинают работать избирательно.

Армия – зеркало общества

Особенно остро насилие и унижение проявляются в условиях жесткой иерархии, где возможности себя защитить ограничены. Яркий пример - армия. За последние годы там погибли десятки казахстанских военнослужащих. И эти трагедии не случайные инциденты, а прямое следствие системного кризиса всего общества. Ведь, как ни крути, армия не изолирована от социума. В нее приходят люди с уже готовыми представлениями о силе, справедливости и границах дозволенного. Если на "гражданке" насилие над слабым считается нормой, эти установки неизбежно прорастут и в военной среде.

Конечно, армия способна не только воспроизводить общественные пороки, но и стать пространством воспитания настоящего товарищества, ответственности и взаимного уважения. Крепкая армия не та, в которой слабый боится сильного, а та, в которой каждый военнослужащий осознает, что жизнь и достоинство товарища имеют безусловную ценность.

Увы, нередко встречается представление, будто гуманизм и сострадание несовместимы с воинским характером – мол, он должен быть жестким и эмоционально глухим. На самом же деле профессионализм в военном деле - это способность действовать решительно, контролируя эмоции и не допуская неоправданного насилия, что требует воли и интеллектуальной зрелости. Неслучайно международное гуманитарное право четко предписывает защищать мирное население и устанавливает строгие правила применения оружия. Военное мастерство и нравственное самоограничение всегда шли рука об руку.

Развитие общества - это переход от примитивного к более сложному пониманию силы. Принцип "сила есть - ума не надо" устарел еще в каменном веке и непригоден для построения современного государства, развития науки, экономики и образования. Физическая мощь сама по себе не делает человека правым или достойным уважения - ее ценность определяется лишь тем, как она используется.

Откуда ждать поддержки?

В поисках ответа на вопрос о том, как преодолеть культуру жестокости и равнодушия, стоит обратиться к лучшим достижениям мировой духовной и философской мысли. Одно из них - христианская этика любви. Речь, разумеется, не идет о навязывании определенной религии или умалении значения других религиозных традиций. Казахстан - многоконфессиональное и многокультурное общество, в котором нравственный диалог должен строиться на взаимном уважении. Это не мешает изучать христианские принципы, обладающие общечеловеческим значением.

В повседневной жизни солидарность обычно ограничивается собственным окружением - казахстанцы помогают родственникам, друзьям, коллегам и знакомым. Судьба постороннего человека редко их интересует. Христианская же этика предлагает более широкий горизонт ответственности, призывая не замыкаться в кругу близких либо полезных людей, а ценить каждого, независимо от его положения, происхождения, доходов. Более того, она требует видеть в нуждающемся не обузу, а человека, чье страдание заслуживает внимания.

Не так давно я в этом убедился на личном опыте, когда оказался в тяжелых обстоятельствах - без средств к существованию и в болезненном состоянии. Знакомые и приятели, чьи права я прежде долго и безвозмездно защищал, как и права многих бедных казахстанцев, оставили меня без поддержки либо ограничились небольшими подачками. И, наверное, я бы не выжил, если бы судьба не свела меня с монахами-францисканцами.

В их католический храм в Талдыкоргане я зашел случайно. Выслушав и поняв меня, настоятель, отец Алан сразу же начал оказывать мне посильную помощь (между тем за всю жизнь меня услышали и поняли лишь единицы людей.) Впоследствии мне не раз помогали и францисканцы в Алматы. Совершенно незнакомые люди, ничем мне не обязанные, проявили искреннее участие, не требуя доказательств полезности и не оценивая прежние заслуги или статус. Они просто увидели человека в беде и поддержали. Именно в этих конкретных поступках, а не в отвлеченных декларациях, я увидел живое, практическое воплощение христианского милосердия в духе Франциска Ассизского.

К слову, 3 октября отмечалось 800-летие со дня его смерти. Это одна из ярких исторических фигур, воплотивших христианскую идею любви к ближнему в повседневной жизни. Его пример духовного величия, основанного на служении, а не господстве, имеет особое значение в современном обществе. Святой Франциск доказал, что подлинное достоинство и внутренняя свобода не нуждаются в подтверждении властью, богатством или каким-либо другим превосходством над другими. А помощь бедным и уязвимым - это не разовая благотворительность ради пиара, а глубокая нравственная ответственность каждого человека.

Уверен, что именно такой подход способен сделать наше общество гуманнее. Тем более что эмпатия не является исключительно врожденным качеством: она формируется и под влиянием воспитания, образования, окружения. Отношения между людьми - не только личное или семейное дело, но и стратегический фактор развития общества. Без способности понимать других и деятельно сопереживать им оно не может быть устойчивым и полноценно функционировать.

Если мы хотим стать зрелым обществом, пора научиться уважать не только силу, но и человечность, потому что первое без второго становится орудием подавления, а не защиты. Прочный фундамент для будущего есть у тех стран, в которых признаются права и достоинство каждого. Полагаю, к этому и должен стремиться Казахстан.