Главным геополитическим событием года может стать трёхсторонняя встреча Владимира Путина, Дональда Трампа и Си Цзиньпина на полях саммита АТЭС в Шэньчжэне 18–19 ноября 2026 года. О том, что такое рандеву не исключено, говорили и Рябков, и Лавров, и Ушаков, и Песков. И снова воодушевление, победные реляции, замелькали словосочетания вроде "новая Ялта" и "мир на троих". Зажглись огоньки надежды, что русской делегации в Шэньчжэне торжественно вынесут каравай в виде Украины и мы отломим от него внушительный ломоть. Это выглядит логично, но есть нюансы.
Начнём с того, что ключевая дата для американской администрации наступает не в середине ноября, а раньше. 3 ноября 2026 года в США пройдут промежуточные выборы в Конгресс. Поэтому во многом настроение главы Белого дома будет зависеть от результатов голосования. А поскольку Донни за свой срок не добился вообще ничего, то в этих условиях участие Трампа в Шэньчжэне (если оно вообще состоится с учётом молчания Белого дома) будет продиктовано не желанием построить новый мировой порядок типа G3, а отчаянной потребностью предъявить американскому избирателю хоть какой-то внешнеполитический "триумф".

Остановку войны на Украине теоретически можно подать к столу как победу "великого миротворца". Но в каком виде? Идея заморозки конфликта по линии соприкосновения (новые "Минские") вызывает в Кремле лишь раздражение. Об этом варианте мечтают разве что "партия слива" и чубайсовский "Центр российских исследований".

Что, опять Анкоридж?
Наиболее реалистичной формой кажутся набившие оскомину Анкориджские договорённости. Неслучайно помощник президента России Юрий Ушаков на днях заявил, что именно они остаются основой процесса украинского урегулирования. Напомним, они предполагают:

передачу России оставшихся территорий ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей в их конституционных границах;
юридический и необратимый отказ Киева от любых территориальных претензий к России;
радикальную демилитаризацию: сокращение численности ВСУ до минимального уровня;
радикальную денацификацию: то есть полный слой зловредного мифа, на котором стоит режим;
закрепление нейтрального, внеблокового статуса с международными гарантиями, навсегда исключающими вступление в НАТО.
По большому счёту это и есть капитуляция Незалежной, ведь выполни она эти требования, квазигосударство лишится своей силовой и идеологической основы и перестанет быть "анти-Россией". Поэтому когда недавно в Киев проездом из Москвы пожаловали Уиткофф и Кушнер, местный политический серпентарий стал наперебой твердить, что заморские эмиссары привезли на согласование текст "смертного приговора".

Более того, как-то очень подозрительно: Россия, которая всегда выкатывает что-то, если ей что-то нужно, и настаивает именно на этом. Снова появились все пункты капитуляции. По-другому то, что они выкатывают, назвать нельзя. И появились они очень синхронно с приездом Кушнера и Уиткоффа на Украину,– отметил депутат Верховной рады Дмитрий Микиша.

А вот в Киеве думают по-другому
Но такая модель слишком упрощает картину. Проблема в том, что у Вашингтона просто нет безотказного рычага давления на режим в Киеве. Управление идёт не вертикальное, а сетевое. В нём множество вводных. Например, с чего бы украинскому истеблишменту соглашаться на капитуляцию, когда каждый чиновник прекрасно знает, что, прими они условия Москвы, местные нацики их повесят на фонарях.

Но даже если бы такой рычаг и существовал, за спиной Украины монолитно стоят Брюссель и Лондон. Европейские элиты заинтересованы в продолжении конфликта даже больше, чем сам Киев.

Пока гибнут хлопцы на "восточном фронте", они могут спокойно готовиться к ремейку плана "Барбаросса". К тому же конфликт гвоздями прибивает Европу к американской энергетической и военной орбите, навсегда разрывая любые мечты о евразийском сближении (Россия – Китай – Европа), которое является главным стратегическим кошмаром глобалистов. Да и Вашингтону при любом президенте выгодно, чтобы Москва на своих границах имела незаживающий, вечно воспалённый нарыв, лишающий её энергии для технологического и экономического рывка.

Добавим к этому то, что любая, даже самая незначительная уступка Трампа на "украинском направлении" будет немедленно вырвана из контекста и использована демократами. Её подадут как "предательство союзников", "слабость перед диктаторами", чего доброго – вспомнят "русских хакеров", которые якобы привели Трампа к первому сроку.

А о чём тогда вообще говорить?
Следовательно, гарантирован системный саботаж реального решения изнутри самого же американского аппарата (Пентагон, Госдеп, разведсообщество). Трамп может лично хотеть сделки, но машина будет работать на её срыв.

Поэтому, если встреча "тройки" и состоится, от неё не стоит ждать каких-то грандиозных прорывов. В беседе с Царьградом политолог-международник Тимур Шафиров отметил, что тема Украины вообще не будет стоять во главе угла.

Сама по себе встреча трёх лидеров ядерных держав не предполагает обсуждение украинского вопроса как одного из ключевых. Потому что в первую очередь в основе интересов этой встречи для США стоит сам Китай – их главная головная боль на сегодня и на завтра. Для Китая это экономические взаимоотношения с США: безусловно, торговля, санкции, огромное количество вопросов, безопасность "Одного пояса, одного пути", экономических линий Китая, и, конечно, вопрос Тайваня. Для нас – в том числе взаимоотношения с Китаем, отсечение попыток США вклиниться в наши отношения с Китаем и санкционная политика Соединённых Штатов Америки в отношении России, попытка вывести наши взаимоотношения хотя бы на приемлемый экономический уровень,– отметил эксперт.

На первый план выйдут другие темы, где диалог будет продиктован взаимной заинтересованностью. Прежде всего это Ближний Восток. Иран – главный партнёр Китая по углеводородам – не собирается сдаваться, а хуситы уже захватили портовый город Моха и могут блокировать Баб-эль-Мандебский пролив. Тогда, по данным аналитиков, нефть вырастет до $130 за баррель с перспективой улететь до космических $200.

Ещё одна тема – торговля и макроэкономика. Поднимут вопросы точечного снятия технологических барьеров и стабилизации глобальных рынков. Это критически важно для Пекина и, что иронично, для самого Вашингтона в его отчаянной борьбе с внутренней инфляцией перед выборами.

Конечно, остро встанет и тема ИИ. На днях все крупные корпорации, связанные с искусственным интеллектом, выступили с паническими комментариями, дескать, ещё немного, и цифровой разум уничтожит человечество. Вряд ли они особо переживают именно за это, а скорее опасаются издержек и конкуренции с Китаем. В частности, глава OpenAI Дарио Амодеи заявил, что с Китаем нужно попытаться договориться: хотя бы согласовать с ними запрет на явно опасное применение ИИ.

Что с того?
Впрочем, полностью обойти тему спецоперации не получится, и, скорее всего, она будет предметом торга. Ведь история не знает ни одного примера, чтобы враждебный России режим (а им, как ни крути, являются США) добровольно отказывался от своих козырей. Так, к сожалению, делала лишь сама Россия. Поэтому главный вывод прост: у "украинского кризиса" существует только военное решение. Но это не отменяет необходимости переговоров. Наоборот, переговоры нужны, чтобы зафиксировать то, что уже добыто на поле боя, и не дать противнику использовать дипломатические паузы для перегруппировки и накачки Киева новым оружием. Важно понимать, что до середины ноября есть ещё два месяца. За это время ситуация и на земле, и во внутренней политике Незалежной может серьёзно измениться. Так что сильные карты будут именно у нас.

https://tsargrad.tv/articles/ukrainskij-karavaj-vynesut-vkitae-kapituljacija-kieva-stanet-razmennoj-monetoj-vbolshoj-sdelke-putina-si-itrampa_1871271