В Киргизии делают ставку на урановую промышленность как на новый источник дохода. Правительство внесло в парламент законопроект, легализующий геологоразведку и добычу урана и тория, запрещенных в 2019 году после массовых протестов. Возобновление добычи урана ускорит реализацию проекта по строительству атомной станции в республике. Принятие нового законопроекта придаст новые возможности для деятельности Росатома в республике.

В пояснительной записке к законопроекту подчеркивается, что "добыча и экспорт этих ценных ископаемых могут стать важным фактором экономического роста". Правительство обещает обеспечить экологическую безопасность, внедряя современные технологии добычи, минимизирующие воздействие на окружающую среду.

"Принятие проекта закона будет сопровождаться мониторингом государственными органами современных технологий по добыче урана и тория, которые будут способствовать минимизации негативного воздействия добычи полезных ископаемых на окружающую среду", – говорится в справке-обосновании к проекту закона, опубликованном на сайте парламента Киргизии.

Однако вопрос о возобновлении добычи урана остается спорным. В 2019 году жители Иссык-Кульской области и активисты выступили против разработки месторождений "Таш-Булак" и "Кызыл-Омпол", опасаясь негативных последствий для экологии и здоровья населения.

Новый законопроект уже получил одобрение профильных министерств и ведомств. В правительстве уверены, что его принятие не повлечет за собой негативных социальных, экономических или экологических последствий.

Остается открытым вопрос: сможет ли Кыргызстан найти баланс между экономическими интересами и сохранением окружающей среды? Судьба законопроекта и будущее урановой промышленности страны теперь в руках парламента.

Ранее президент Киргизии Садыр Жапаров заявлял, что добыча урана сулит не меньше прибыли, чем добыча золота. Он также развеял опасения по поводу разработки уранового месторождения "Кызыл-Омпол". В интервью агентству "Кабар" он заявил, что сырьевой уран не представляет угрозы, опасность возникает только при его обогащении. "Опасаться нужно не самого урана, а его обогащенной формы. Мы должны быть осторожны при обращении с ним после отделения, во время хранения и транспортировки", – подчеркнул президент.

Жапаров заверил, что после вывоза руды земля будет рекультивирована, а хвостохранилищ, подобных тем, что существуют в Каджи-Сае и Мин-Куше, создано не будет. Вопросами реабилитации загрязненных территорий Киргизии будет заниматься Росатом, а все работы будут осуществляться за счет российской стороны. На полях Международного форума "АТОМЭКСПО-2024", который состоялся в марте нынешнего года в Сочи, Киргизия и Россия подписали соглашение о реабилитации территорий, подвергшихся воздействию уранодобывающих и горнорудных производств. Цель – защита населения, проживающего в районах размещения хвостохранилищ, снижение риска возникновения ЧС. Россия выделит Кыргызстану 2 млрд 141 млн руб. на рекультивацию хвостохранилищ. На сегодня в республике насчитывается 92 захоронения радиоактивных и токсичных веществ.

"Хочу обратить внимание на два ключевых момента. Во-первых, я работал в правительстве, когда принимался закон о запрете добычи урана. Тогда западные и прозападные НПО развернули беспрецедентную кампанию давления на власть и общество. СМИ и соцсети подогревали истерию вокруг темы, и премьер-министр Мухаммедкалый Абылгазиев с президентом Сооронбаем Жээнбековым были вынуждены уступить и запретить разработку Кызыл-Омпольского месторождения", – сказал "НГ" экс-советник премьер-министра КР, Кубатбек Рахимов.

По его мнению, ошибка российских инвесторов заключалась в том, что они не смогли правильно позиционировать проект. "Акцент делался на добыче урана, в то время как месторождение "Кызыл-Омпол" богато редкоземельными металлами: 95% руды составляет именно титаномагнетит, а уран – всего 0,17%. 3% состава руды приходится на фосфор, 2% – на цирконий, 0,22% – на торий. Уран составляет лишь малую часть. О том, что это больше титаномагнетитовое месторождение, стали говорить только недавно. До этого его называли урановым.

"Общественность и инвесторы чувствительны к правде, а правда заключалась в том, что урана там немного, а редкоземов – много. Нужно было сделать упор на нерадиоактивные компоненты, доказать, что разработка месторождения безопасна и выгодна", – считает эксперт. По его мнению, неуклюжие действия инвестора привели к трагическим последствиям – цепной реакции, блокировке всех проектов, связанных с атомной промышленностью. Это уникальный случай на постсоветском пространстве, когда противоречия вокруг одного месторождения привели к такому результату.

"Поэтому нынешние действия правительства я считаю абсолютно правильными. Более того, большая часть деструктивных сил, которая выступала за запрет разработки урановых месторождений, нейтрализована. Закон об иноагентах сыграл свою роль в нейтрализации деструктивных сил. К слову, те же "профессиональные борцы за правду", которые поднимали истерию вокруг урана, пытались нарушить баланс и при подписании соглашения с Узбекистаном по границе и передаче Кемпир-Абадского водохранилища", – убежден Рахимов.

Сейчас, по его словам, когда эта деструкция нейтрализована, а парламент готов к диалогу, мы можем вернуть статус-кво в сфере добычи урана и тория, перезапустить замороженные проекты и фактически узаконить проекты Росатома.

Нужно признать, что действия власти вызывают в стране неоднозначную реакцию. Противники строительства АЭС продолжают гнуть свою линию, указывая на всевозможные риски. С другой стороны, есть те, кто считает, что раз соглашение с Росатомом по строительству АЭС подписано, то нужно действовать активнее. "Для президента и премьер-министра это возможность показать, кто в доме хозяин. Ведь обещания, данные Росатому по поводу строительства АЭС, упирались именно в законодательные ограничения", – отметил Рахимов.

Учитывая, что многие зачинщики "зрады" находятся за пределами Киргизии, потенциальная буря негодования будет скорее всего бурей в стакане воды, полагает эксперт.

Снятие запрета на добычу урана и тория позволит выйти на внешний рынок, тем более что помимо Карабалтинского комбината, где перерабатывался уран, особых мощностей для обработки редкоземельных металлов в стране нет. Это также даст толчок развитию десятков предприятий, деятельность которых была парализована действующим законодательством. В республике будут созданы новые рабочие места.