На третий день первого тура дебатов кандидатов в президенты КР на канале Общественной телерадиокорпорации (ОТРК) перед зрителям выступили Бабыржан Тольбаев, Курсан Асанов, Равшан Джеенбеков, Женишбек Байгуттиев, Улукбек Кочкоров и Абдиль Сегизбаев.
Этот эфир 30 декабря ведущие традиционно начали с темы о форме государственного устройства, попросив высказаться каждого участника.

Система правления, ГКНБ и репрессии
Кандидат Бабыржан Тольбаев заявил, что поддерживает парламентскую форму правления, но сказал, что к переходу к этой системе народ пока не готов. С ним согласился и Женишбек Байгуттиев, пояснив, что не стоит проводить кардинальных изменений во время разразившегося сейчас экономического кризиса. А Курсан Асанов отметил, что все зависит от руководителя страны, но подчеркнул: «Как бы там ни было, ханского правления допускать нельзя». За смешанную систему правления высказался Абдиль Сегизбаев. И наконец, Улукбек Кочкоров выразил мнение, что «неприглядной система госуправления выглядит из-за олигархов и кланов во власти».

А вот что сказал кандидат Равшан Джеенбеков:
‒ У президента бедной страны нет права жить, как король. Мы свергли трех глав государства, еще один сидит в тюрьме. И все это - расплата за президентскую должность. Те, кто сейчас пришел во власть, тоже используют ее в своих интересах – госохрану, резиденции, помещения. На охрану президента в год тратится 400 млн сомов, а на аппарат главы государства – 550 млн сомов. Нужна ли нам такая президентская власть? Я думаю, эта должность должна быть упразднена, и мы должны полностью перейти к парламентской форме правления. Из 20 самых развитых стран 17 – это государства с парламентской системой.

На вопрос журналистов, «как надо реформировать ГКНБ и другие силовые структуры, которые занимаются сейчас исполнением политических заказов», первым ответил Абдиль Сегизбаев, который был председателем спецслужбы с 2015 по 2018 годы:
‒ Вспомните времена Бакиева, с 2005 по 2010 годы, когда произошло около 60 политических заказных убийств. И в большинстве случаев тогда привлекались сотрудники силовых органов. Хочу также напомнить о периоде с 2018 по 2020 годы, когда сотрудники ГКНБ заставляли медиков приносить извинения на камеру. Все это они делают не по своей воле, а по приказу. И если будет продолжаться такая же кадровая политика, то порядка там не будет. К примеру, Антикоррупционную службу ГКНБ сейчас возглавляет человек, который давал указание напасть на журналиста Сыргака Абдылдаева. А секретной службой руководит человек, которые исполнял поручения Марата Бакиева.

О необходимости улучшения кадровой политики в силовых ведомствах сказал и Женишбек Байгуттиев. А Курсан Асанов признал, что эти органы нуждаются в кардинальной реформе. Равшан Джеенбеков же предложил упразднить ГКНБ, разделив функции разведки и следствия.

Согласился с ним его оппонент Улукбек Кочкоров:
‒ Увы, три переворота ничему нас не научили. Правоохранительные структуры как исполняли политические заказы, так и продолжают. Даже сейчас мы это видим. Я два раза подловил сотрудников ГКНБ, которые следили за мной. От безысходности предложил им выделить комнату в моем офисе и самому предоставлять им отчеты. Попросил передать привет их руководству. Сотрудники ГКНБ, прокуратуры и других органов не должны заниматься исполнением политических заказов. И подчиняться эти ведомства должны не президенту, а парламенту. Надо довести все до такого уровня, когда их работа будет прозрачной. Я не согласен с идеей упразднения ГКНБ, просто он должен заниматься своими прямыми обязанностями: борьбой с терроризмом и обеспечением национальной безопасности.

Аграрный сектор, продовольствие и ЕАЭС
Еще один блок вопросов был посвящен экономике, присоединению Кыргызстана к ЕАЭС и программе Евросоюза «ВСП+», несмотря на что экспортный потенциал КР не вырос.
Вот что сказал по этому поводу кандидат Бабыржан Тольбаев:
‒ Вступление Кыргызстана в ЕАЭС было верным решением, но когда нет хороших исполнителей, ничто не двигается. У Кыргызстана большой потенциал в сельском хозяйстве и животноводстве. Вот Узбекистан, оказывается, закупает мясо у Пакистана. Если я стану президентом, то проведу переговоры с главой Узбекистана, чтобы привлечь оттуда инвестиции. Во-вторых, сейчас активно развиваются IT-технологии. Кыргызстан мог бы оживить экспорт в этом направлении. Как частный бизнесмен я поддержал три IT-компании, которые обеспечивают работой около 3000 человек. Кроме того, надо возрождать текстильную промышленность и использовать этот потенциал.

Со своим соперником согласился кандидат Курсан Асанов, осудив запрет на экспорт мяса, который ввел Минсельхоз КР 19 ноября:
‒ На встречах с жителями Нарынской области был поднят этот вопрос. Наши граждане занимаются в основном животноводством и получают доход с продажи скотины, но теперь у них нет этой возможности. Молодой глава нашего Минсельхоза запретил это. И что теперь? Скотина все равно вывозится, но уже контрабандным путем. Мы должны поддерживать отечественных производителей, но при этом защищать и внешних инвесторов, которые работают у нас. Для этого в силовых структурах и других госорганах должна быть железная дисциплина. Надо дать свободу бизнесу и сократить проверки ведомствами.
Об участившихся проверках сказал и Равшан Джеенбеков, предупредив, что это может повлечь сокращение налогов. А Женишбек Байгуттиев обратил внимание на кадровую политику в этом вопросе. Улукбек Кочкоров в свою очередь предложил поддержать ориентированные на экспорт предприятия и изменить функции Нацбанка.
Следующий вопрос касался продовольственной безопасности, которая стала особенно актуальной в этом году в связи с ограничениями из-за пандемии коронавируса.

Так, бывший министр экономики Женишбек Байгуттиев сказал следующее:
‒ Во всем мире агропромышленный сектор является сферой, которая пользуется поддержкой государства. И если мы хотим обеспечить продовольственную безопасность, то надо финансово поддерживать наше сельское хозяйство. Но, к сожалению, специализированные структуры вроде «Айыл банка» не выполняют свои функции. Они должны обеспечивать фермеров льготными кредитами, а в стране надо увеличивать количество складов по хранению выращенной продукции. При этом мы должны обратить внимание на необходимость расширения пахотных земель и повышения их урожайности.

Скандальное заявление Сегизбаева
Во втором раунде Абдиль Сегизбаев озвучил несколько вопросов, адресованных отсутствующему кандидату Садыру Жапарову:
‒ Я хотел бы обратиться к кандидату, который избегает дебатов. Ты везде говоришь, что «Сегизбаев – преступник», так скажи, в чем мое преступление или выходи на дебаты с глазу на глаз. А я расскажу о твоих деяниях. Ты говоришь, что не связан с Максимом и Жанышем Бакиевыми, но вот фотографии. Тут Жаныш Бакиев пригласил на свой той 100 самых близких людей, и среди них – ты. Так кто из нас преступник?

Мой первый вопрос: ты брал деньги из «Иссык-Куль Инвест банка» в 2001 году, вернул их?
Во-вторых, ты захватывал этот банк, поставив в управление свою сестру? Отмыл 5 млрд долларов для Максима Бакиева через этот банк?
В-третьих, получив задарма шахту Жыргалан, разрушил ее и продал Китаю?
В-четвертых, покупал здание по адресу Киевская, 74 из рук мародеров за 500 тысяч долларов?
В пятых, 30 апреля 2009 года выступал за продажу Кумтора, поддерживал эту идею?
В-шестых, в 2009 году вместе с Максимом Бакиевым передал месторождение Жетим-Тоо Китаю? Почему когда Максим Бакиев вывел из Кыргызстана 3 млрд долларов, будучи комиссаром Агентства по борьбе с коррупцией, ты промолчал? Сейчас ты тратишь миллионы на агитацию, у кого ты их взял? У Максима Бакиева? Я хотел бы получить ответы на эти вопросы. Если ты мужчина – давай поговорим лицом к лицу.

На фотографиях, которые продемонстрировал Абдиль Сегизбаев во время эфира, можно увидеть Садыра Жапарова и нынешнего главу ГКНБ Камчыбека Ташиева. Оператор показал ее крупным планом. Интересно, что по окончании эфира запись дебатов с официального канала ОТРК в Youtube пропала. В соцсетях это связали именно с выступлением Абдиля Сегизбаева.

Критика в адрес Садыра Жапарова высказывалась и на предыдущих теледебатах. Но он пока это не комментирует. А представитель его штаба Канат Тургунбеков называет это «пустой клеветой»:
‒ Мы не комментируем слова тех, кто критикует нас и очерняет. Не реагируем на это, бог с ними. Народ сам взвесит и решит. Мы не будем опускаться до их уровня и оправдываться за то, чего не было.

Аналитик Айбек Тенизбаев так оценил прошедшие дебаты:
‒ Все знают, что Садыр Жапаров работал во времена Бакиева, и сделал тогда карьеру. Поэтому определенная доля истины в словах Абдила Сегизбаева может быть. Тем более, он апеллировал фактами и показал фотографии. Конечно, это выступление не может служить 100-процентным доказательством, должны быть еще и какие-то документальные подтверждения. А вот Садыр Жапаров теперь должен все же выйти на дебаты и дать пояснения по этим вопросам. Это открытая площадка, и раз на ней были высказаны подобные вещи, то и ответы на них должны быть представлены общественности открыто. А позиция страуса - «спрятать голову в песок» или «мы не будем опускаться до их уровня» - не правильная. Вдобавок к этому отсутствие этого эфира на страницах КТРК - тоже не очень хороший признак.

Первый тур дебатов в рамках досрочных президентских выборов начался 28 декабря с участием Канатбека Исаева, Клары Сооронкуловой, Адахана Мадумарова, Аймена Касенова, Бактыбека Калмаматова и Каныбека Иманалиева.
Во второй день первого тура телесостязаний, 29 декабря, перед зрителями выступили Мыктыбек Арстанбек, Арстанбек Абдылдаев, Имамидин Ташов и Эльдар Абакиров, а приглашенные Садыр Жапаров и Рашид Тагаев не пришли. Первый объяснил это тем, что проводит встречи с избирателями в регионах, а Рашид Тагаев, как выяснилось на следующий день, отказался от дальнейшей предвыборной гонки.

Азаттык