Минфин удивил своим неожиданным решением не проводить операции по продаже валюты и золота на внутреннем рынке в марте 2026 года. На таких заявлениях курс рубля резко упал. Причина – в планах изменить параметры базовой цены на нефть в бюджете РФ.

По неофициальным данным, Минфин намерен снизить заложенную в бюджете цену нефти с 59 долларов до 50-55 долларов за баррель. Ведомство идет на изменение бюджетного правила очень редко, только в крайних случаях. Что же происходит и как это повлияет на бюджет и курс рубля?

«В текущей ситуации решение по ужесточению бюджетного правила связано с необходимостью сохранения средств ФНБ, а также с тем, чтобы меньше оказывать давление на валютный рынок», – говорит Александр Потавин, аналитик ФГ «Финам».

Согласно бюджетному правилу для поддержки рубля, когда рыночная стоимость нефти ниже, чем заложенная в бюджете, то Минфин продает валюту, а когда наоборот, то покупает. Сейчас – первый вариант. Ведомство ежедневно продавало валюту и золото в эквиваленте 11,9 млрд в день в последний месяц, но теперь не будет этого делать.

Теперь на внутреннем валютном рынке останутся только продажи в рамках зеркалирования (4,62 млрд рублей), а предложение валюты со стороны властей в ближайшее врем сократится в 3,6 раза – с 16,52 млрд рублей в день до 4,6 млрд рублей в день, говорит Потавин. Суммарно это дает выпадающий объем продаж 240 млрд рублей в месяц или около 3 млрд долларов, добавляет эксперт.

Регулярные продажи валюты поддерживали рубль. «Временная приостановка этих операций создаст локальный дефицит предложения рубля.

Пересмотр параметров бюджетного правила неизбежно вызовет турбулентность на валютном рынке, однако временную. В худшем, самом пессимистичном, сценарии мы можем увидеть касание курсом отметки 80 рублей за доллар,

но я не ожидаю движения выше этого уровня. Вдогонку начнут меняться параметры самого бюджета, что стабилизирует ситуацию», – считает Игорь Исаев, руководитель аналитического центра Mind Money.

Сильного обесценивания рубля не ждет и Потавин. Во-первых, говорит он, торговый баланс России остается уверенно положительным. Во-вторых, в ближайший месяц будут повышенные продажи валюты со стороны экспортеров нефти для уплаты НДД. В-третьих, ближе к маю на рынок подойдут повышенные объемы выручки от тех высоких цен на нефть, которые мы сейчас видим.

«До тех пор, пока не станет ясности с ценой отсечки по нефти, сложно делать прогнозы по курсу рубля. Но в текущей ситуации среднесрочная траектория по курсу доллара может вырасти на 3-4 рубля к концу года», – считает Потавин. Исаев не исключает возвращения рубля к отметке 72 за доллар к середине года.

Пока в инициативах Минфина много неизвестных, но очевидно, что российская валюта лишается значительной части нерыночной поддержки, поэтому вероятными становятся фундаментально обоснованные уровни 85-95 рублей по курсу доллара, говорит руководитель аналитического управления банка «Зенит» Владимир Евстифеев.

Почему же Минфин пошел на изменение бюджетного правила?

Дело в том, что дефицит бюджета сильно вырос еще в прошлом году, и январские данные оказались наихудшими. И причина не в снижении объемов экспорта нефти, на что надеялись на Западе, а в падении ее цены. Российская Urals в январе стоила 41 доллар за баррель, это существенно ниже заложенной в бюджете цене в 59 долларов за баррель. Не говоря уже о рубле, который слишком крепок и тоже сильно отличается от курса в бюджете. Из-за этого нефтяные доходы провалились.

Проблема в том, что покрывать бюджетную дыру Минфин обязан за счет ликвидной части Фонда национального благосостояния. Но по оценкам экспертов, если январская ситуация сохранится на весь 2026 года, то бюджетная дыра просто высосет все средства из ФНБ. В итоге средств на инвестиции в инфраструктурные проекты просто не останется.

Снижение цены на нефть в бюджете решает эту проблему. Если реальные цены на нефть окажутся выше 50-55 долларов, то резервы страны снова начнут не тратиться, а пополняться.

«В этой конфигурации ликвидная часть ФНБ перестает рассматриваться как оперативный резерв для покрытия "бюджетной дыры". Если раньше средства фонда вынужденно стерилизовались для компенсации недобора доходов, то при Urals значительно выше новой цены отсечения и сокращении экспортного дисконта бюджет начинает наполняться органически», – говорит Исаев.

Это открывает «окно возможностей» для того, чтобы направить накопленные ресурсы на прямые инфраструктурные расходы.

«Переход к профициту или минимальному дефициту по нефтегазовой линии позволит правительству наконец использовать ФНБ по его прямому назначению: как фонд развития. Речь идет о финансировании критически важных логистических цепочек, которые Россия сейчас вынуждена защищать и перестраивать в условиях глобального передела нефтяного рынка.

Таким образом, ликвидная часть фонда при данном сценарии сохранится как стратегический резерв, а ее использование станет вновь целевым и инвестиционным, а не "латающим" текущие кассовые разрывы», – рассуждает Исаев.

«Потенциальное снижение цены отсечения по нефти с 59 до 50 долларов за баррель приблизит ее к текущим ценам на Urals. Это приведет к сокращению базовых нефтегазовых доходов примерно на 1,4 трлн рублей. Это может добавить к среднегодовому курсу доллара дополнительно 2-3 рубля к его текущей траектории. Для экспортеров и бюджета это выгодно, поскольку более слабый рубль увеличивает их рублевую выручку», – посчитал Потавин.

Судя по всему, на сильное удорожание углеводородов на фоне ближневосточного конфликта власти не сильно рассчитывают, понимая, что это временная ситуация. Сам конфликт через три-четыре недели закончится, а там ОПЕК+ продолжит выводить на рынок новые объемы нефти, и цены снова опустятся с текущих пиков. Потавин считает, что после завершения активных обстрелов Ирана в течение трех недель котировки Brent опять могут надолго вернуться в комфортный район 65-70 долларов за баррель. Российская марка Urals при этом может уйти к 45-55 долларам за баррель в зависимости от уровня дисконта к Brent.

Что касается бюджета, то снижение цены отсечения по нефти в нем может потребовать от Минфина пересмотреть структуру бюджета, считает Потавин. Он не исключает замедления индексации отдельных расходных статей, а также сдвига новых инвестиций и капвложений на более отдаленную перспективу, плюс перераспределение средств в пользу наиболее приоритетных направлений ОПК и инфраструктура.

«Поскольку корректировка бюджетного правила в сторону более низкой отсечки по цене нефти – это своего рода фискальное ужесточение, оно может дать дополнительный аргумент для Центробанка в пользу постепенного смягчения монетарной политики в части снижения ставок, если фактическая инфляция в России при этом будет замедляться», – заключает Потавин.