По данным Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), в течение последних примерно семи лет расходы населения увеличивались в полтора раза медленнее зарплат и в целом доходов. А слабее всего зарплатный бум отразился на продажах продуктов питания: они росли самыми скромными темпами. Эти данные вновь ставят вопрос о том, что сейчас происходит с потребительским спросом: точно ли он перегрет, как настаивают в Центробанке (ЦБ), или, наоборот, хронически недостаточен. От ответа зависят дальнейшие меры финансовых властей.

Далеко не весь рост зарплат и в целом доходов населения в принципе уходит в потребительский спрос. Это наглядно демонстрирует обзор трендов российской экономики, подготовленный экспертами ЦМАКП.

По экспертным расчетам, с 2018 года реальные, то есть учитывающие инфляцию, зарплаты россиян выросли почти на 30% (здесь и далее данные по состоянию на май 2025 года, рост по отношению к среднемесячному значению 2018-го с исключенной сезонностью).

В целом реальные доходы населения, которые помимо зарплат включают иные финансовые поступления (пособия, пенсии, доходы от предпринимательской деятельности, проценты по вкладам), росли сопоставимыми темпами – за указанный период примерно на 28%.

Но одновременно с этим рост потребительских расходов существенно отставал от увеличения зарплат и доходов граждан – примерно в полтора раза. Расходы выросли за тот же период лишь почти на 19%.

Причем если оборот розничной торговли непродовольственными товарами показал рост на 21%, то продуктами питания, а также напитками и табачными изделиями – примерно на 14% (самое скромное значение). Объем платных услуг населению по состоянию на июнь увеличился почти на 22%.

На протяжении нескольких лет вся логика принимаемых Центробанком решений выстраивалась вокруг тезиса о «перегретом, избыточном спросе», за которым не успевают отечественные производители, оказавшиеся в сложной ситуации из-за дефицита кадров. Кадровый дефицит вынуждал работодателей повышать оплату труда сотрудникам, такой рост в определенный момент стал преподноситься в медийном поле не иначе как зарплатный бум.

И этот рост оплаты труда, по оценкам регулятора, не сопровождался соответствующим повышением производительности, но он на новом витке подстегивал спрос, провоцируя дальнейшее удорожание товаров.

С июля 2023 года, когда начался длительный период повышения ключевой ставки в стране, подобная логика часто повторялась при обосновании решений регулятора. В итоге за 2023–2024 годы ставка была повышена с 7,5 до 21%.

В 2025 году ЦБ наконец начал ее опускать. Но, даже снижая ключевую ставку и указывая на замедление спроса, глава ведомства Эльвира Набиуллина все равно предупредила, что «если внутренний спрос снова начнет быстро расти без соответствующего повышения производительности, он быстро упрется в ограничения по трудовым ресурсам и будет в значительной мере уходить в рост цен».

Однако если опираться на эту логику, тогда можно было бы ожидать, что потребление населением товаров и услуг, включая продукты питания, которые в отдельные моменты тоже дорожали чрезмерно, должно полностью отразиться на продажах, подстегнув их как минимум на те же 30%, на которые за анализируемый период выросли зарплаты.

«Как минимум» – потому что с учетом кредитной активности потребителей продажи вполне могли бы расти даже с опережением зарплат: то, что не заработано, компенсировалось бы займами.

Но настолько бурного роста потребления не проглядывается. И видимо, причина не только в ограниченных возможностях производителей (этот фактор имеет место быть), но и в том, что потребители далеко не на все могли предъявить именно платежеспособный спрос, даже несмотря на увеличение зарплат и доходов. Тем более что это увеличение было неравномерным.

Как пояснила «НГ» руководитель отдела компании «Финам» Ольга Беленькая, в принципе это вполне нормально, что не все текущие доходы граждан направляются ими на потребление товаров и услуг. «Ведь есть еще оплата обязательных платежей (налоги и сборы, страховые платежи, проценты по кредитам), также есть сбережения в виде вкладов, инвестиций в ценные бумаги, наличных средств в рублях или иностранной валюте», – пояснила она.

Как сообщила «НГ» доцент Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Мери Валишвили, спрос продолжает оставаться на достаточно низком уровне, что связано с несколькими факторами.

Первый – жесткая денежно-кредитная политика. «Несмотря на снижение ставки на двух последних заседаниях, условия по кредитам для населения достаточно жесткие, – говорит эксперт. – Потребительское кредитование стало недоступным для значительной части россиян ввиду высоких ставок и текущей закредитованности, а также сами банки стали более строго рассматривать заявки от потенциальных заемщиков».

Второй фактор заключается в том, что все те же жесткие условия денежно-кредитной политики делают выгодными сбережения. «Тем более что многие товары длительного пользования, например, техника и электроника, автомобили существенно выросли в цене из-за действующих санкций, – отметила Валишвили. – Вследствие чего ранее накопленный капитал стал недостаточным для приобретения дорогостоящих товаров».

Сейчас и без того не всегда достаточный спрос явно остывает, это видно и по официальной статистике, и по оперативным индикаторам.

Например, как отметила Беленькая, в июне-июле в зону спада ушли показатели деловой активности как в обрабатывающей промышленности, так и в сфере услуг. Основная причина – сокращение числа новых заказов и как раз слабый клиентский спрос.

«На экономику сберегательное поведение граждан оказывает не всегда благоприятное влияние», – продолжила Валишвили. Сдержанный спрос не разгоняет инфляцию, но при этом он дестимулирует производство.

https://www.ng.ru/economics/2025-08-05/1_4_9309_consumption.html