The New York Times опубликовала статью, в которой рассказывается как бывший сотрудник ЦРУ Эрик Шлезингер внедряется в европейский оборонный сектор через военные стартапы.

Шлезингер – инженер, выпускник Стэнфордского университета, послуживший в ЦРУ более пяти лет, затем обучавшийся в Гарвардской школе бизнеса и работавший в венчурном фонде ЦРУ In-Q-Tel. В настоящее время он ездит по Евросоюзу, встречается с разработчиками дронов, создателями программного обеспечения для планирования военных операций и советниками НАТО.

Нетрудно догадаться, что Шлезингер был специально подготовлен для работы в оборонном секторе и со службы в ЦРУ не увольнялся.

После начала военного конфликта на Украине Шлезингер, как пишет NYT, основал Европейскую сеть оборонных инвесторов (European Defense Investor Network), которая теперь включает около 125 инвесторов, предпринимателей и политиков, а в 2024 году он основал компанию 201 Ventures.

При этом Шлезингер не потратил на эти структуры ни цента денег американских налогоплательщиков, так как все созданные им компании финансирует «Инновационный фонд НАТО с бюджетом в 1 млрд евро, созданный на средства 24 членов Организации Североатлантического договора, но не Соединенных Штатов».

Компания 201 Ventures получила от европейских союзников США $22 млн и на сегодняшний день инвестировала в пять стартапов.

• Британский стартап Isembard разрабатывает высокоточные станки для аэрокосмической и военно-морской отрасли.
• Шведский стартап Polar Mist Technologies специализируется на навигационных системах, способных работать без GPS. Производит также морские бюеспилотники.
• Американский стартап AndrenaM проектирует и создает системы подводного мониторинга и системы защиты от роев дронов, которые могут отслеживать военно-морские операции по всему миру.
• Греческий стартап Delian разрабатывает автономные системы наблюдения с ИИ. Производит «стационарные вышки наблюдения, предназначенные для защиты побережий, границ и критически важной инфраструктуры». 
• Специализация немецкого стартапа Hypersonica засекречена. Известно лишь, что эта компания работает в сфере космических технологий. 

В прошлом году Шлезингер побывал в 15 странах. Во время недавней поездки в Арктику он на снегоходе искал места, где возможно провести для тестирования новых источников энергии. В Швейцарии он посетил самый мощный в мире ускоритель частиц.

«Неясно, какая часть новых расходов дойдет до стартапов. Ракеты, боеприпасы и истребители, вероятно, будут иметь более высокий приоритет, чем технологии от небольших, непроверенных компаний.

Г-н Шлезингер сказал, что потребуются годы, чтобы измерить успех, но он рассчитывает потратить свой фонд в $22 млн в течение следующих двух лет и уже начал думать о привлечении большей суммы. За последние несколько месяцев он был засыпан предложениями от европейских предпринимателей, внезапно заинтересовавшихся производством военных технологий», – пишет NYT. 

Внезапный интерес к сотрудничеству с американским разведчиком пробудился у европейских предпринимателей после того, как Шлезингер привлек в свою команду Эйлин Тангал, которая раньше курировала лондонский офис In-Q-Tel; Дэвида Улевича, генерального партнера венчурной компании Andreessen Horowitz из Кремниевой долины и испанского писателя Себастьян Маллаби (надо полагать, для связи с бизнес-общественностью).

Сыграла важную роль и поездка в Лондон, где он, как пишет NYT, «встретился с высокопоставленным британских разведчиком».

К максимально тесному сотрудничеству с американскими инвесторами подталкивают европейцев эксперты брюссельского аналитического центра Bruegel.

«Для увеличения военного производства Европе необходимо масштабировать свои оборонные компании и создавать новые фирмы. В этом разделе мы показываем, что европейские оборонные компании меньше, чем ведущие компании в США, России и Китае. Только одна европейская компания, BAE Systems, вошла в десятку ведущих оборонных компаний мира в 2022 году. Ситуация в ЕС еще более тревожная: в двадцатку лучших попали всего три компании. Чтобы быть конкурентоспособной на мировом рынке, Европе нужен масштаб» – такой выход из сложившейся десятилетиями оборонной раздробленности предлагают аналитики Bruegel, авторы доклада «Европейская оборонно-промышленная стратегия во враждебном мире» Хуан Мехино-Лопес и Гунтрам Вольф.

Авторы доклада указывают, что, несмотря на то что ЕС является мировым стандартизатором в гражданских отраслях, он не играет никакой роли в оборонных стандартах. В результате производство вооружений и военной техники «фрагментировано и обходится дороже, чем необходимо, а оперативная совместимость низкая, что усложняет логистику и подрывает боевую эффективность. Страны ЕС предоставили Украине 10 различных типов гаубиц и в настоящее время производят пять различных версий против одной в США. Хотя НАТО заключило соглашения о стандартизации для артиллерии, они не соблюдаются».

Брюссельские эксперты призывают страны Евросоюза «дать отпор экономическому национализму, одновременно решая проблемы безопасности». 

По сути, они ставят правительства стран Евросоюза перед выбором: либо страны ЕС интегрируют оборонную промышленность, либо им придется переходить на «военную экономику».

«Однако достижение рыночной интеграции является сложной задачей. Трудно ограничить масштаб экономического национализма в ЕС, поскольку договоры ЕС (статья 346(2) TFEU) явно разрешают странам отклоняться от правил единого рынка по соображениям безопасности», – отмечают авторы доклада, намекая, что пора подгонять законодательство ЕС под требования из Вашингтона.

Также популярно объясняется экономическая выгода от интеграции и масштабирования оборонного рынка: «После вторжения России на Украину рыночная стоимость европейских оборонных компаний существенно возросла, большинство из них увеличили стоимость своих акций более чем вдвое. Это отразилось во всем мире, но растущие цены акций немецкой Rheinmetall, итальянской Leonardo и британской Rolls-Royce особенно выделяются на фоне международных аналогов и указывают на масштабы неудовлетворенного спроса Европы на оборонную продукцию после 30 лет низких расходов на оборону и дивидендов мира».

Причина высоких прибылей трех упомянутых корпораций ни для кого не секрет: все они де-факто подконтрольны американскому инвестфонду BlackRock. 

США ставят своей первостепенной целью, как мы писали, полностью подмять под себя оборонно-промышленный сектор Евросоюза, чем уже давно занимается BlackRock и ему подобные американские финансовые гиганты.

В перспективе американское видение европейского оборонпрома сводится к навязыванию лидерам Старого Света интегрированию военно-промышленного комплекса под строгим присмотром США. Однако финансовым акулам Америки весьма обременительно подгребать под себя сотни малых и средних оборонных компаний Европы, и тем более недавно появившихся на свет старпатов.

С целью взять на себя инвестиции в европейские стартапы, до которых у таких гигантов как BlackRock просто руки не доходят, и десантирован в европейский оборонпром Эрик Шлезингер.

«Почти у всех, кого он встречает в Европе, возникает один мучительный вопрос: действительно ли он больше не работает на ЦРУ?» – отмечает NYT. 

«I’m really out!» – отвечает Шлезингер.

https://www.fondsk.ru/news/2025/05/08/cru-kontroliruet-evropeyskuyu-oboronku-cherez-voennye-startapy.html