27 апреля в Федеральном уголовном суде в Беллинцоне начнется затянувшийся уголовный процесс по делу о международной коррупции. В центре дела - Гульнара Каримова, бывшая дочь президента Узбекистана. В деле также замешаны швейцарские банки. Судебное разбирательство длится почти два десятилетия и отмечено необычными следственными шагами, а также неопределенным исходом.

Finews.com, швейцарское издание, специализируется на новостях финансового сектора и банковской индустрии
24 апреля 2026

1. О чем идет речь в деле Каримовой?

Эта история насчитывает почти двадцать лет. В центре событий - Гульнара Каримова , дочь бывшего президента Узбекистана, которая, по утверждению Генеральной прокуратуры, создала разветвленную сеть - так называемое "Управление" - занимавшуюся вымогательством взяток у телекоммуникационных компаний, стремящихся получить доступ на узбекский рынок. Утверждается, что эта сеть действовала на протяжении многих лет.

В 2012 году Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело против Каримовой и ее делового партнера. Их обвиняют в коррупции, участии в преступной организации и отмывании денег.

В 2015 году бывший банкир женевского частного банка Lombard Odier попал под следствие. Его обвиняют в открытии и управлении банковскими счетами для лиц, связанных с "Офисом", в период с 2008 по 2012 год, что позволяло скрывать происхождение средств.

Банк Lombard Odier не обвиняется в каких-либо активных действиях по отмыванию денег. Ключевой вопрос в отношении частного банка заключается в том, принял ли он все необходимые организационные меры для предотвращения предполагаемых действий своего бывшего сотрудника. Это подпадает под правовое понятие корпоративной уголовной ответственности. Несколько банков в Швейцарии уже были подвергнуты санкциям по этому основанию, в том числе Banque Pictet & Cie, Credit Suisse и Bank J. Safra Sarasin. Банк самостоятельно сообщил о деле в Швейцарское управление по борьбе с отмыванием денег (MROS) в 2012 году и в полной мере сотрудничал с властями на протяжении всего разбирательства.

2. Почему рассмотрение дела затягивается?

Несмотря на сложность лежащих в основе обстоятельств дела, ход разбирательства был столь же необычным. Особенно поражает продолжительность процесса: соответствующие события относятся к 2008 году.

Впервые в истории швейцарской системы уголовного правосудия Федеральный уголовный суд выехал за границу для проведения слушаний.

В течение многих лет два направления дела велись раздельно и разными прокурорами. Лишь в мае 2025 года - более чем через десять лет после начала расследования - Федеральный уголовный суд, вопреки позиции Генеральной прокуратуры, принял решение объединить разбирательства, поскольку они основывались на одних и тех же фактических обстоятельствах. Судебное заседание назначено на 27 апреля.

3. Чем этот процесс отличается от обычной процедуры?

Помимо задержек, судебное разбирательство было далеко не простым. Обвинение в участии в преступной организации было предъявлено Каримовой и ее деловому партнеру лишь спустя примерно десять лет после начала расследования.

Были предприняты и исключительные следственные шаги: впервые в истории швейцарского уголовного правосудия Федеральный уголовный суд выехал за границу для проведения слушаний. В начале 2026 года он во второй раз провел допрос Каримовой в Ташкенте. Каримова находится в заключении в Узбекистане с 2014 года. Условия ее содержания вызывают опасения, выходящие за рамки конкретных обстоятельств дела. Рабочая группа ООН по правам человека классифицировала ее задержание как произвольное и выявила ряд нарушений международных процессуальных стандартов. Поэтому юристы обсуждают, какое влияние это может оказать на оценку и допустимость доказательств в швейцарском судебном процессе.

В настоящее время неясно, явятся ли вообще ключевые обвиняемые в суд в Беллинцоне.

Сами интервью также проводились в ограниченных условиях: вопросы могли передаваться только через Генеральную прокуратуру Узбекистана и не могли задаваться напрямую швейцарскими судьями. Кроме того, к участникам предъявлялись необычные требования о соблюдении конфиденциальности под угрозой уголовного наказания, что привело к тому, что адвокаты защиты не явились на встречи. В результате возникают сомнения в том, соответствуют ли эти показания швейцарским стандартам сбора доказательств и выдержат ли они проверку в суде.

Остается еще одна неопределенность: в настоящее время неясно, явятся ли вообще ключевые обвиняемые в Беллинцону. Из-за своего заключения Каримова, как считается, вряд ли сможет лично присутствовать на суде. Местонахождение ее сообвиняемой неизвестно.

Это ставит перед судом фундаментальные процессуальные вопросы - например, возможно ли проведение судебного разбирательства заочно или необходимо ли снова разделить части дела.

4. Почему дело передается в суд?

Примечательно, что в Швейцарии подобные дела часто так и не доходят до суда. В аналогичных случаях, включая те, которые касались лиц, связанных с Каримовой, отдельные лица часто осуждались непосредственно на основании постановлений Генеральной прокуратуры. Это возможно только в том случае, если соответствующие факты в значительной степени не оспариваются, а доказательства очевидны.

Следует отметить, что в Швейцарии подобные дела зачастую так и не доходят до суда.

В данном случае, по всей видимости, это не так. Поэтому Генеральная прокуратура передает дело в суд, где теперь можно будет публично ознакомиться с выдвинутыми обвинениями и проведенным на сегодняшний день расследованием. Это также переключает внимание на ход самого разбирательства.

5. Чего можно ожидать от судебного разбирательства?

Учитывая все это, трудно предсказать, как будет развиваться судебное разбирательство. Слишком много факторов остаются неопределенными, и за годы расследования накопилось слишком много нарушений.

Неясно не только, кто именно явится в суд, но и какие доказательства в конечном итоге будут приняты и какой вес им будет придан. Также возникает вопрос о том, как длительность разбирательства и многочисленные процессуальные этапы повлияют на юридическую оценку.

***

Как узбекские деньги возвращаются домой

Процесс возврата активов, замороженных в ходе расследований против Гульнары Каримовой, уникален для мировой практики. Вместо прямой передачи в бюджет, деньги проходят через фильтры прозрачности.

Механизм: Деньги поступают в спецфонд ООН (Uzbekistan Vision 2030), а не напрямую в бюджет.
Контроль: Расходы одобряют совместно представители Узбекистана, Швейцарии и ООН.
Цель: Только социальные нужды - новое оборудование для больниц и строительство школ.
Статус: Свыше $310 млн уже в работе; еще $480 млн - предмет текущего суда в Швейцарии.
Мировая география: Помимо Швейцарии, Узбекистан работает над возвратом активов из Франции, США, Бельгии и Великобритании.