Официальный визит премьер-министра Грузии Ираклия Кобахидзе в Киргизию стал событием не столько протокольным, сколько симптоматичным. В Бишкеке его назвали историческим: за 34 года дипломатических отношений это первый визит грузинского лидера в республику. При этом стороны пытаются встроить свои отношения в новую транспортно-экономическую карту Евразии.

По итогам переговоров Кобахидзе и президент Киргизии Садыр Жапаров подписали пакет документов: о воздушном сообщении, сотрудничестве в сфере госимущества, ветеринарии и животноводства, образования, спорта, юстиции, радиационной и ядерной безопасности, а также программу сотрудничества между внешнеполитическими ведомствами на 2027–2028 годы. Отдельное значение имеет соглашение о предварительном обмене информацией о товарах и транспортных средствах, перевозимых между двумя странами. Именно такие документы обычно выглядят техническими, но в перспективе становятся основой для транзита на упрощенной основе.

Как сказал Жапаров, особое внимание на переговорах было уделено «сопряжению железной дороги Китай–Киргизия–Узбекистан с портовой инфраструктурой Грузии». Тем самым Бишкек фактически обозначил интерес к грузинскому направлению как к выходу к черноморскому побережью. Для Бишкека, не имеющего выхода к морю, это не риторика, а вопрос будущей логистической роли. Если железнодорожный проект будет реализован в полном объеме, он изменит положение Киргизии в региональной экономике. Республика из периферийного участника транзитных процессов может превратиться в один из сухопутных узлов маршрута из Китая в Центральную Азию и далее к Каспию, Кавказу, Турции и Европе.

Интерес Тбилиси к Бишкеку также имеет практическое измерение. Грузия в последние годы активно продвигает свою роль в Срединном коридоре, который должен соединить Китай и Европу в обход российских маршрутов. По сути, она претендует на звание черноморских ворот в этом проекте. Однако без стабильного грузового потока из Центральной Азии грузинская инфраструктура остается лишь частью потенциальной схемы. В связи с этим Бишкек для Тбилиси важен именно как возможный элемент новой восточной «подводки» к Кавказу.

В некоторой степени фундамент для этого уже создан. По грузинской статистике, в 2024 и 2025 годах Киргизия была крупнейшим направлением грузинского экспорта: речь шла о 1,29 млрд долл. и 1,5 млрд долл. соответственно. Основной товар – автомобили. Это, впрочем, не означает, что киргизский рынок поглощает такой объем грузинской продукции. Скорее речь идет о реэкспорте и сложных маршрутах движения товаров, часть которых может затем уходить дальше в страны ЕАЭС. Показательно, что киргизская статистика дает совершенно иные цифры: по данным Минэкономики Киргизии, товарооборот с Грузией в 2025 году составил 54,4 млн долл., а в январе–марте 2026 года – 5,7 млн долл. Такой разрыв сам по себе является предметом для отдельного анализа и показывает, что двусторонняя торговля уже вовлечена в более широкие транзитные и реэкспортные схемы.

«Торговля между странами растет. В целом между Грузией и Киргизией существует большой потенциал, особенно в плане экспорта грузинской продукции. В то же время мы много говорили о возможностях, которые у нас есть непосредственно в контексте Срединного коридора… Мы вкладываем значительные ресурсы в обеспечение ежегодного увеличения пропускной способности Грузии по грузоперевозкам», – сказала министр экономики кавказской республики Мариам Квривишвили.

Для Грузии визит Кобахидзе важен еще и политически. Тбилиси переживает сложный период в отношениях с Западом. После обвинений в демократическом откате, санкционных решений против отдельных представителей грузинской элиты и заморозки евроинтеграционной повестки власти Грузии демонстрируют более прагматичный внешнеполитический курс. Центральная Азия в этом контексте становится пространством, где можно наращивать экономические связи без жесткой политической обусловленности.

При этом грузинский премьер в Бишкеке не забывал и о традиционной для Тбилиси теме территориальной целостности. Кобахидзе поблагодарил Киргизию за поддержку позиции Грузии по Абхазии и Южной Осетии. Напомним, Бишкек предпочитает поддерживать принцип территориальной целостности, не превращая его в повод для конфронтации с другими партнерами.

«Грузия укрепляет расширенное стратегическое партнерство с Китаем и в этом контексте развивает отношения с находящимися между ними странами. Вопросов, которые ранее не поднимались, очень много, – говорит грузинский политический аналитик Гия Абашидзе. – Они касаются экономики, бюрократии и тому подобного. В целом реализация Срединного коридора, ключевого проекта во всей этой истории, может занять длительное время. Тем не менее на уровне лидеров есть политическая воля сделать это как можно быстрее, но чиновникам предстоит проделать большую работу. Оптимизма добавляет то обстоятельство, что Зангезурский коридор признан ответвлением от дороги через Грузию, а не полноценной альтернативой. Больше того, на самом деле ни армянского направления, ни грузинского не хватит для того, чтобы замкнуть на себя всю торговлю между Востоком и Западом».

https://www.ng.ru/cis/2026-06-14/5_9515_georgia.html