19 октября Михаил Мишустин предложил, а Владимир Путин поддержал кадровые перестановки в правительстве. Антон Силуанов должен стать вице-премьером с сохранением поста министра финансов, причём Кремль прямо говорит о необходимости усиления финансовой дисциплины и координации экономического блока. Одновременно первый замминистра финансов Ирина Окладникова предлагается на пост вице-премьера – руководителя аппарата правительства. Наблюдается усиление влияния Минфина на экономическую и внутреннюю политику. И здесь возникает вопрос: куда именно будет направлена эта дополнительная власть? На поиск новых источников роста или на дальнейшее изъятие денег из экономики и у населения? На фоне дорогого кредита, высокой ключевой ставки, обсуждения новых налогов и инициатив по налогообложению доходов от вкладов финансовый блок выглядит как сборщик денег, а не как механизм развития. Парадокс: государство стимулирует граждан держать деньги на депозитах, а затем обсуждает, как дополнительно обложить доход от этих же сбережений.
За что повысили бухгалтеров?
Кадровые решения от 19 октября 2026 года предельно чётко обозначили вектор финансовой политики государства. Глава Минфина Антон Силуанов поднялся на ступень вице-премьера с сохранением поста министра финансов, а его первый заместитель Ирина Окладникова возглавила аппарат правительства. Официальная формулировка Кремля гласит: системе необходимы жёсткая финансовая дисциплина и координация. Не стимулирование промышленного прорыва, не запуск масштабных стройплощадок, а именно дисциплина. Сигнал понятен – бухгалтерская логика экономии объявлена главным приоритетом текущего этапа.

Для Антона Силуанова эта философия не нова: он годами выступал в роли главного "резака" инфраструктурных проектов. На протяжении своей карьеры глава Минфина регулярно пускал под нож стройки века, транспортные магистрали и программы развития реального сектора ради одной цели – сбалансировать бюджет и отложить деньги в резервы. Вся его государственная деятельность строится не вокруг вопроса "как создать новые производства и запустить экономику", а вокруг сугубо кассовой задачи "где удержать и сохранить средства". Полномочия расширились, но базовый подход остался неизменным.

Учредитель Царьграда Константин Малофеев ранее объяснил квинтэссенцию политики российского финансового ведомства: Антон Силуанов, к сожалению, является финансистом от слова "бухгалтерия":

И это не совсем те люди, которые должны решать, что мы делаем с нашей финансово-экономической политикой,– подчеркнул учредитель "Первого русского".

Где же именно министерство пытается отыскать деньги для дефицитного бюджета? Как в той шутке – не там, где можно найти, а где светлее искать. Пока крупному сырьевому бизнесу предлагают мягкие компромиссы по налогу на дополнительный доход, Минфин выходит с инициативой распространить 22-процентный НДФЛ на пассивные доходы граждан от вкладов и ценных бумаг.

Параллельно ведомство продвигает проект легализации онлайн-казино с надеждой соскрести ещё 100 миллиардов рублей. Граждане, годами слушавшие советы держать сбережения в банках, внезапно обнаружили, что их накопления превратились в главную фискальную мишень.

Главный тупик сегодняшней экономической модели кроется в непримиримом противоречии: бюджет судорожно ищет деньги, а реальному сектору для выживания критически необходим дешёвый кредитный ресурс, заблокированный учётной ставкой ЦБ. Промышленность задыхается без доступного финансирования, новые заводы не строятся, а старые мощности работают на пределе. При этом финансовый блок вместо снижения стоимости денег настойчиво пытается выжать дополнительные налоги буквально отовсюду.

Тем не менее этот экономический курс, которому сегодня вынуждена следовать Россия, фактически признан единственно верным. Доктор политических наук, первый министр госбезопасности ДНР, политический обозреватель Царьграда Андрей Пинчук отмечает, что следует рассматривать не только повышение Силуанова, а связку в принципе, когда его человек назначается на ключевую должность руководителя аппарата правительства:

Поэтому тут не просто Силуанов назначен, а произошла триумфальная связка Силуанова и его протеже, которая возглавила аппарат правительства, сместив доверенное лицо Мишустина, господина Григоренко, который ранее отвечал за цифровизацию и считался таким технократом из мишустинской команды.
Политолог подчеркнул, что сейчас продвигаются не какие-то глобальные проекты развития, где роль бухгалтера не может быть первоочередной, а сохраняется режим максимального затягивания поясов:

У нас председатель правительства налоговик, его первый зам – бухгалтер. То есть фактически это характеризует правительство как правительство экономное, мягко говоря.
Экономист, ведущий программы "Итоги дна с Делягиным" Михаил Делягин полагает, что озвученная при назначениях Силуанова и Окладниковой формулировка о необходимости выстроить жёсткую координацию ведомств и контроль за прохождением бюджетных расходов, подразумевает, что, несмотря на "колоссальные успехи цифровизации", дела обстоят далеко не радужно:

Есть серьёзные проблемы с координацией ведомств и с бюджетной дисциплиной. То есть с контролем за прохождением бюджетных расходов. И в этом отношении это абсолютная неожиданность, честно скажу, потому что мне казалось, что, в общем, правительство заслуженно гордится именно этой сферой. Повышение Силуанова с должности министра финансов до заместителя председателя правительства – это восстановление позиции, которую некогда занимали Чубайс и Кудрин.
Кому на Руси жить хорошо?
Все фискальные упражнения и попытки Минфина "наскрести по сусекам" неизбежно упираются в тупик, пока Банк России сохраняет статус полностью автономной структуры. Сегодня регулятор фактически выведен из-под государственного управления и продолжает действовать по методичкам Международного валютного фонда, отсекая промышленность от денег.

Попытки Антона Силуанова сбалансировать бюджет в условиях, когда Эльвира Набиуллина удерживает запретительную ключевую ставку, напоминают черпание воды дырявым ведром: любые налоги, собранные с производства и граждан, делают их беднее и вынуждают тратить меньше, от чего в том числе сокращается налогооблагаемая база. Хорошо от этого только банкам.

В медицине есть такая метода – криогенная процедура, там пациента держат в температуре около минус 100 градусов не более двух минут. Если его там держать дольше, то, наверное, он может заболеть и вообще умереть, считает экономист Валентин Катасонов, а нашу экономику в состоянии охлаждения держат уже почти два года:

Охлаждение началось уже в первом квартале прошлого года. Я бы образно сравнил нашу экономику с неким госпиталем, в котором лечат холодом. Отдельные палаты этого госпиталя – это отдельные сектора российской экономики. Причём по итогам первых семи месяцев уже из примерно 85 секторов российской экономики 11 имели суммарный чистый убыток. Пока более свежей статистики нет, но я думаю, что пациентов, которые могут после этой палаты переместиться в морг, будет ещё больше.
По факту запретительно дорогой кредит полностью перекрывает кислород производству и стимулирует исключительно финансовые спекуляции. В результате мобильный капитал и ресурсы вымываются из реального сектора и перетекают на банковские депозиты и спекулятивные площадки. Комфортнее всего сегодня себя чувствуют финансовые учреждения, отмечает Катасонов:

Единственная тёплая палата – это банковский сектор. Но это до поры до времени. Они, в принципе, сейчас довольны. Они не особо, конечно, афишируют своё довольствие. Но они всё-таки, будем так говорить, ничего не создают, а образно выражаясь, паразитируют на реальном секторе экономики. Но если реальный сектор экономики прикажет долго жить, то тогда, наверное, и паразит тоже сдохнет.
Что с того?
Масштабная пересборка финансово-экономического блока в очередной раз ставит страну перед главным вопросом: куда направлен вектор государственных усилий? Если вся координация сводится к тотальному контролю за прохождением сжимающихся расходов, а идеалом объявлен финансовый блок с главным бухгалтером во главе, то рассчитывать на промышленный прорыв бессмысленно. Выкачивать деньги из реального производства, аграриев и граждан, резать даже самые необходимые расходы, конечно, можно. Но краткосрочно и ради какого-то конкретного проекта, а не для того, чтобы складывать в кубышку ради самого процесса складывания.

Связка Минфина и автономного Центробанка загнала реальный сектор в ловушку. С одной стороны – запретительный кредит и банковский пир на финансовых спекуляциях. С другой – запрет масштабных проектов, фискальные тиски, обкладывающие налогами вклады, ценные бумаги и любые попытки сохранить капитал. Но если реальный сектор остановится, что при такой политике – дело времени, рухнет и сама фискальная пирамида, строящаяся на изъятии ресурсов у населения и бизнеса.

Рано или поздно правительству придётся сломать автономию Банка России и подчинить денежно-кредитную политику единым национальным интересам. Или уйти по итогам провальных результатов. Либо эта кадровая перестановка станет началом суверенной перестройки финансовой системы, где деньги наконец вернутся в реальный сектор экономики, покинув тихую банковскую заводь и начав работать на благо страны. Либо их продолжат складировать в кубышку "на чёрный день", не замечая, что чем их там больше, тем тот самый чёрный день становится ближе.

https://tsargrad.tv/articles/siluanov-pridjot-za-vashimi-sberezhenijami-rossiju-prevrashhajut-v-gospital-v-kotorom-lechat-holodom_1914586