Cегодня я стал свидетелем, а возможно, и невольным участником одного небольшого, но показательного эпизода, который многое говорит о состоянии туристической сферы в Кыргызстане.

Перед посещением музея Сулайман-Тоо в городе Ош я, как и многие путешественники, прочитал отзывы на сайте TripAdvisor. Большинство англоязычных комментариев сводились к одному: «смотреть особо нечего», «экспозиция бедная», «ничего не понятно». Эти слова удивили меня, ведь Сулайман-Тоо — это не просто музей, а место огромного исторического и культурного значения.

Когда я зашёл в музей, моё внимание привлёк текст под одним из экспонатов. Я пригласил сотрудницу и спросил, на каком языке написано описание. Она уверенно ответила: «на английском». Однако, владея английским языком, я сразу понял, что это не так. Я предположил, что, возможно, это немецкий, но и это оказалось неверным.

Тогда мы решили воспользоваться ChatGPT и сфотографировали текст. Выяснилось, что надпись сделана на литовском языке. Оказалось, что перевод известного кыргызского текста был выполнен не на международный язык, а на язык, на котором говорят сравнительно немногие люди в мире. При этом сотрудники музея были уверены, что иностранные туристы читают эти тексты и понимают их смысл.

В этот момент стало очевидно, что проблема музея — не в отсутствии ценности или экспонатов, а в отсутствии коммуникации с посетителем. Турист приходит в музей не просто смотреть на предметы. Он приходит понимать: что это, почему это важно, какую историю несёт в себе этот экспонат. Когда человек не может прочитать объяснение, музей превращается для него в набор безмолвных объектов.

Английский язык сегодня является международным языком общения. Именно на нём говорит и думает большинство туристов из Европы, Азии и Америки. Если музей не «говорит» на английском, он фактически закрыт для мира, даже если двери его физически открыты.

Этот небольшой эпизод наглядно показывает, как мелкая на первый взгляд деталь влияет на имидж страны. Непереведённая табличка становится негативным отзывом. Негативный отзыв — снижением туристического потока. А снижение туристического потока — упущенной возможностью для развития города, региона и всей страны.

Я направил предложение руководству музея и представителям туристической отрасли:

оформлять описания экспонатов минимум на трёх языках — кыргызском, русском и английском. По возможности — добавлять QR-коды с переводами на другие языки. Это недорого, но даёт огромный эффект.

Развитие туризма — это не только дороги, гостиницы и реклама. Это ещё и уважение к гостю. Язык — это форма гостеприимства. И пока музей не научится «говорить» с туристом на понятном ему языке, он будет оставаться ценным местом, о ценности которого многие так и не узнают.

Аскарбек Мамбеталиев