Начало 2026 года ознаменовалось для доллара США проверкой на устойчивость. Федеральной резервной системе (ФРС) пришлось срочно включить печатный станок, чтобы погасить дефицит ликвидности, возникший в американской банковской системе.

По крайней мере два крупнейших банка Уолл-Стрит, по совместительству это и ведущие банки в операциях с золотом и серебром (bullion banks), столкнулись с беспрецедентным кризисом ликвидности в рамках игры на понижение на рынке серебра в условиях резкого роста мировых цен. Но откуда привлечь требуемые средства? В последний торговый день 2025 года финансовым организациям пришлось обратиться в экстренное окно ФРС – Постоянный механизм РЕПО (Standing REPO Facility). В рамках этого механизма ими были заимствованы 74,6 млрд долл.

Этот механизм, учрежденный в 2021 году для оказания безотлагательной помощи финансовым организациям и не использовавшийся вплоть до октября 2025-го, служит одним из каналов по вливанию новой ликвидности в долларовую систему. Вмешательство ФРС с задействованием практически не применявшегося ранее инструмента само по себе является чрезвычайным событием и может свидетельствовать о стрессе доллара. В этих условиях борьба с инфляцией перестает быть приоритетом для ФРС: приходится спасать всю систему.

Что же конкретно стало причиной создавшейся ситуации? Bullion banks вроде бы ничего нового не предпринимали. Они по-прежнему вели работу по сдерживанию цен на серебро путем игры на понижение с использованием кредитного плеча примерно 1 к 10 в рамках системы, введенной в 1987 году Банком Англии и реализуемой Лондонской ассоциацией рынка драгоценных металлов (LBMA) при поддержке занимающейся фьючерсными контрактами биржи COMEX. Целью учреждения этой системы было не допустить бесконтрольного роста цен на золото и серебро, чтобы удержать на плаву введенный за 10 лет до этого Ямайский бумажно-долларовый стандарт. И система без особых сбоев выполняла свои функции.

Но полгода назад появились признаки того, что многолетняя стабильность на рынке серебра обеспечивалась исключительно ранее накопленными резервами физического металла. К концу лета 2025 года эти резервы и в Лондоне, и в Нью-Йорке стали катастрофически сокращаться, а цена из-за резкого повышения спроса на физическое серебро стала стремительно расти. Серебро закрыло минувший год ростом в два с половиной раза – с 32 до 77 долл. за тройскую унцию. К середине этого месяца цены достигли исторического максимума, превысив 90 долл. При этом уже осенью 2025 года торговля физическим серебром стала уходить из Лондона и Нью-Йорка на азиатские рынки, а цена на COMEX стала терять значение мирового эталона.

Очевидно, что импульс к повышению спроса на серебро пришел в первую очередь из Азии. Выделим прежде всего решение Китая, занимающего третье в мире место по добыче серебра и первое по производству аффинажного серебра, переориентироваться на накопление резервов драгметалла внутри страны. В этом плане одной из важнейших мер является введение Китаем экспортного контроля за поставками серебра за рубеж. Новый экспортный режим Пекина официально переклассифицирует серебро из обычного товара в стратегический материал, помещая 60–70% мирового объема аффинированного серебра за лицензионный барьер. Следует обратить внимание и на решение Индии де-факто возвратить серебру денежную функцию, позволив использовать его с марта 2026 года в качестве залога при получении банковских кредитов.

В условиях, когда дефицит серебра и ряда других металлов стратегического назначения обернулся резким ростом цен при одновременном сворачивании «бумажной» схемы фиксации цен, появилась вероятность обвала рынка драгоценных металлов в том виде, в котором он функционировал долгие годы. А это уже угрожает рынку американских казначейских облигаций и соответственно самой долларовой системе. Отсюда и усиление давления со стороны исполнительной власти США на ФРС с целью быстрейшего снижения учетных ставок.

Но события на рынке серебра нельзя рассматривать вне контекста разворачивающейся между Китаем и США схватки за ресурсы, где ставкой является технологическое лидерство. В основе этого конфликта лежит борьба за контроль прежде всего за несколькими незаменимыми элементами, и в первую очередь серебром как классическим дуальным товаром.

Настоящий залп в этой войне прозвучал 1 января 2026 года, когда вступили в силу упомянутые выше ограничения на экспорт серебра из Китая. В ответ США перешли к активным действиям по ограничению доступа Китая к дешевым энергоносителям, поставив под свой контроль нефть Венесуэлы.

Правда, к середине января обстановка временно стабилизировалась. Игра на понижение на рынках драгоценных металлов пошла на убыль. Цены на серебро, а также золото, не находясь под прессом манипуляций, в моменте продемонстрировали рост. Однако перемирие не может быть долгим, поскольку фундаментальные причины для борьбы за ресурсы и выживание долларовой системы никуда не делись. Следующим шагом логически вполне может стать попытка США отрезать Китай от иранской нефти при условии, что им удастся избежать распространения пожара на весь Ближний Восток.

России в условиях обострения этой борьбы, ставящей среди прочего под угрозу безопасность морского судоходства, необходимо переключить внимание на создание резервов стратегических ресурсов, прежде всего драгоценных металлов, а также других дуальных товаров. Они могут быть задействованы и в производствах, и в качестве залога при создании финансовых инструментов, предназначенных для расширения инвестиций в национальную экономику.