Тарифная война" Дональда Трампа внешне выглядит хаотично, а многие его действия производят впечатление не вполне продуманных, что приводит к политически обидным "откатам" в отношении отдельных товаров. Но логика в действиях новой администрации есть. Если очистить ее от пропагандистских наслоений, то она выглядит как двухходовка.

Шаг первый: форсированно "расчистить" внутренний американский рынок для запуска механизма реиндустриализации США за счет первоначального спроса на нетипичные для нынешней американской промышленности товары. Причем усиливая присутствие в традиционных для США сферах - размещения американских долговых обязательств, навязывания партнерам продукции американского ВПК и сланцевых углеводородов.

Шаг второй: в более долгосрочной перспективе создать заделы под экспорт товаров, которые, как планирует Д. Трамп, будет производить реиндустриализированная Америка, "когда и если" его план по реиндустриализации сработает. В конечном счете рынок только США имеет свои особенности и может быть заполнен относительно быстро, особенно если учитывать неизбежное падение покупательной способности значительной части населения (причем как верхних слоев, так и низших, живущих на пособия).

Эта экономическая логика отражает вполне верное понимание Д. Трампом и значительной частью его команды того обстоятельства, что проблема состоит не только в деградации американской промышленности, но и в крайне неблагоприятных для США геоэкономических тенденциях последних 30 лет, которые Трамп пытается переломить. Эти тенденции привели к 2025 году к глобальному перераспределению рынков в пользу Китая и ряда других развивающихся стран. Но переломить ситуацию только экономическими средствами нельзя.

Любопытное заявление сделал министр финансов США Скотт Бессент. Оказывается, переговоры по тарифам, ведущиеся, как он утверждает, с 70 странами, подразумевают американские уступки в том случае, если торговые партнеры США согласятся ограничить у себя экономическое присутствие Китая. Думается, в этом заявлении существенно больше геополитики, нежели экономики, что, впрочем, было свойственно США в любые имперские времена. Под видом торговых переговоров Вашингтон стремится не столько обеспечить своим товарам перспективные рынки сбыта (едва ли более дорогие американские товары найдут спрос, например, в странах Юго-Восточной Азии), сколько начать реализовывать стратегию геоэкономического удушения Китая, поскольку после вытеснения китайских инвесторов в эти страны неизбежно придут американские банки, американские торговые сети, через некоторое время станут появляться и правильные "трампистские" социально-информационные структуры, возможно даже на базе перелицованного USAID с правильным менеджментом. Но главное - отношения с Китаем у этих стран будут испорчены надолго, что создаст возможности для надстройки новой экономической конфигурации политическими и даже военно-политическими элементами.

Центральный вопрос: какой рынок для США является приоритетным? Трамп обозначает в качестве своей главной цели "вскрытие" рынка именно Китая. Создается впечатление, что, хотя Трамп постоянно говорит о Китае, в реальности его ближайшей целью является Европа. Причем не только с точки зрения рынка как такового, но прежде всего с учетом наметившегося стратегического альянса Евросоюза и Китая. Если подобный альянс сложится (пусть даже он будет краткосрочным и ситуативным), для США это будет стратегическим поражением, что бы Белый дом ни рассказывал о вторичности Европы. И здесь опять мы видим неразделяемость политики и экономики в действиях администрации Трампа.