Зеленая повестка не сдается, но мимикрирует под давлением обстоятельств. Евросоюз на фоне собственных санкций против российских энергоресурсов и опасений, что РФ может не восстановить привычные объемы поставок природного газа, готов ослабить контроль над выбросами. Российские чиновники продолжают работать над климатической повесткой, экспортно ориентированный бизнес открывает установки по улавливанию вредных газов, однако опросы показывают, что все же подавляющее большинство предприятий в РФ сейчас не считают цель по снижению углеродного следа актуальной. И если Европе грозят дополнительные затраты из-за энергокризиса, то РФ может – теоретически – сэкономить на отказе от жестких экологических требований.

Долги европейских энергетических и коммунальных компаний из-за роста цен на нефть и газ уже превысили 1,7 трлн евро, это более чем на 50% больше, чем было до 2020 года, сообщило агентство Bloomberg. Для решения текущего энергетического кризиса Евросоюзу потребуется более 200 млрд долл. этой зимой, подсчитали в агентстве. Причем этот прогноз еще не учитывает самый сложный сценарий, при котором Москва может якобы полностью прекратить поставки газа в Европу, а зима будет гораздо холоднее, чем привыкли европейцы.

Деньги пойдут, в частности, на закупку более дорогих ресурсов из других стран, притом что уголь из РФ везти дешевле, чем из Колумбии или Индонезии, а именно такой вариант озвучили, например, польские власти. «Уголь для печей мы поставляли в последние годы из России. Госкомпаниям было предложено заказывать этот уголь из Колумбии, Индонезии, по всему миру», – пояснил премьер-министр страны Матеуш Моравецкий.

Евросоюз (ЕС) может ослабить контроль над выбросами, чтобы компенсировать нехватку российского газа, сообщила в понедельник испанская газета País. План Еврокомиссии (ЕК) по преодолению энергетического кризиса, который, как ожидается, будет одобрен в среду, предусматривает замену газа другими видами топлива, даже если они сильнее загрязняют окружающую среду, сообщило издание. Брюссель указывает, что при необходимости мера может быть продлена на неопределенный срок.

Энергетический кризис в Европе привел к тому, что даже фонды, специализирующиеся на зеленых инвестициях, принимают решения о пересмотре своего отношения к нефти и газу, написала в понедельник британская газета Financial Times. По ее информации, за последние полгода число зеленых инвестфондов ЕС, владеющих акциями одной из крупнейших нефтегазовых компаний мира Royal Dutch Shell, выросло с 0 до 6% от общего числа подобных организаций.

Об изменении отношения властей и инвесторов в Европе к добывающим компаниям говорит и тот факт, что Европарламент недавно одобрил «Таксономию» – классификацию видов экономической деятельности с точки зрения их соответствия требованиям построения безуглеродной экономики, где вопреки протестам радикальных зеленых газ и атом были объявлены зелеными источниками энергии на переходный период. Это решение связывают и с тем, что 2021 год показал ненадежность генерации на основе ветроэнергетики, которая из-за погоды снизилась на 20% по сравнению с 2020 годом.

Россия пока не отказывается от зеленой повестки, которая угрожала потерями от европейских пошлин на грязную продукцию. Некоторые ученые утверждали, что соответствие требованиям ЕС обходилось бы российской экономике по 2 трлн руб. дополнительных затрат ежегодно (см. «НГ» от 08.02.22). Отголоски прежней зеленой гонки были слышны накануне, когда спикер Совфеда Валентина Матвиенко приняла участие в запуске на Магнитогорском металлургическом комбинате газоочистных установок, которые обошлись в 3,5 млрд руб.

«Стратегия низкоуглеродного развития России до 2050 года, принятая в прошлом году во исполнение поручения президента по достижению Россией углеродной нейтральности, по-прежнему актуальна и достижима, - сказал «НГ» замглавы Минэкономразвития Илья Торосов. - Россия не отказывается от принятых обязательств в рамках международных договоренностей и понимания необходимости декарбонизации экономики для снижения негативного воздействия на климат. Углеродный след экспортной продукции имеет важное значение не только на европейском и американском рынках, но и на азиатском. Это по-прежнему фактор конкурентоспособности, так как углеродное регулирование постепенно ужесточается по всему миру – многие страны Азии имеют собственное климатическое регулирование и ESG-политику. Например, крупнейший партнер России в Азии – Китай также декларировал достижение углеродной нейтральности к 2060 году».

«Поэтому, - поясняет замминистра, - российские экспортеры, те компании, которые хотят сохранить свое положение, ниши на азиатских рынках, и мы это видим, продолжают свою технологическую трансформацию, что поможет в дальнейшем снизить издержки от углеродного регулирования российского экспорта».

В конце июня замминистра экономического развития Дмитрий Вольвач рассказывал, что в РФ принято 10 отраслевых планов адаптации к изменению климата и утверждено семь региональных планов. «С 2023 года начинается государственный учет выбросов компаний», – сказал он, отметив при этом, что «целесообразно отслеживать происходящие в области климата изменения и адекватно выстраивать экономическое регулирование соответствующих отраслей с учетом климатической повестки».

Участники конференции «Вызовы-2030. Устойчивое развитие регионов» в начале июля также отмечали, что ESG-практики (учитывающие экологическую, социальную и корпоративную ответственность) уже укоренились в бизнес-моделях крупнейших российских компаний и стали проникать в компании среднего бизнеса, тем более что треть из топ-20 банков так или иначе уже ввели показатели по ESG в своих кредитных и инвестиционных процессах.

Впрочем, опрос российских предприятий реального сектора, проведенный Институтом народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН в апреле–мае 2022 года, показал, что проникновение идей ESG не так глубоко: 88% опрошенных ответили, что не считают сейчас цель по снижению углеродного следа актуальной.

«С учетом всех новых внешнеполитических и внешнеэкономических обстоятельств борьба за декарбонизацию и прочие подобные сюжеты в случае с Россией выглядит просто фантасмагорично, – поделился своим мнением с «НГ» ведущий эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович. – Российский экспорт в ЕС и так закрывают, задолго до введения углеродного налога. Западные компании, активнее всех рассказывавшие про перспективы декарбонизации, и так уходят или уже ушли с российского рынка». «А для торговли с Китаем, Индией, Юго-Восточной Азией, Ближнем Востоком, Африкой и Латинской Америкой нужны совсем другие приоритеты, чем декарбонизация», – считает он.

«Россия как часть мирового рынка в любом случае не сможет остаться в стороне от данных процессов. В какой-то форме требования к устойчивому развитию, легальности происхождения сырья, оценке экологического следа будут сохраняться, – пояснил между тем «НГ» менеджер по управлению проектами компании «Лесной эталон» Михаил Карпачевский. – К тому же реализация зеленой повестки имеет значение и внутри страны, если мы хотим, чтобы российский бизнес демонстрировал бы социальную и экологическую ответственность не только для иностранных покупателей, но и для российских граждан. Проблема лесных пожаров или истощения лесных ресурсов касается всех нас».

«Брюсселю не удастся отделаться отдельными шагами вроде сокращения контроля над выбросами, – считает Митрахович. – Если уж цель поставлена резко снизить свою зависимость от российских энергоресурсов, то нужен кардинальный пересмотр зеленого курса, начиная от реформы системы платежей за выбросы и заканчивая созданием системы стимулов для разработки месторождений в самой Европе».

«Резкое повышение мировых цен на энергетические ресурсы (в первую очередь традиционные) и вынужденная перестройка глобальных цепочек поставки, безусловно, приведут к тому, что на какое-то время зеленая повестка уйдет в тень в силу ухудшения общей экономической ситуации и политической нестабильности, – полагает Карпачевский. - – Высокая неопределенность перспектив экономического развития неизбежно приведет к пересмотру нынешних подходов. Страны, входящие в Евросоюз, дополнительно будут страдать от того, что их собственные территории бедны природными ресурсами, а значит, им, по крайней мере в среднесрочной перспективе, придется закупать такие ресурсы по более высоким ценам. К тому же амбициозные планы по переводу экономики стран Евросоюза на альтернативные источники энергии во многом были основаны на стабильном поступлении сравнительно дешевых энергетических товаров, в том числе из России».

«Отказаться от прежнего курса – это лишний раз признать неадекватность ранее принятых евробюрократией и правительствами отдельных национальных государств – членов ЕС решений, – продолжает Митрахович. – Никто извне не навязывал Европе те правила игры, которые сейчас играют против нее самой. И чего тогда будут стоить все новые заявления Европейской комиссии относительно будущего, если ЕК и другие институты ЕС будут активно пересматривать тезисы, еще недавно объявлявшиеся «общеобязательным мейнстримом», а всех скептиков относительно мейнстримной линии (политиков, предпринимателей, ученых, экспертов) держали в «санитарном кордоне». Где гарантии, что если сейчас «новому курсу» Брюсселя предприниматели поверят, то этот курс не будет вновь быстро пересмотрен и те же инвестиции в новые месторождения окажутся неоправданными?»

«С другой стороны, зеленая повестка возникла не на пустом месте, и проблемы, ставшие причиной ее появления – изменение климата, загрязнение природной среды, истощение ископаемых природных ресурсов и пр., – никуда не делись, – рассуждает при этом Карпачевский. – Внедрение принципов устойчивого развития, несмотря на критику, часто оправданную, уже показало свою экономическую эффективность и положительное влияние на окружающую среду и социальную сферу. Сохранение высоких цен на энергоресурсы в течение длительного времени в любом случае будет стимулировать внедрение зеленых технологий».

«Можно сказать, что сейчас ситуация двойственная. С одной стороны, экология - это важный фактор в развитии любой отрасли, фактор ответственности и современности мышления. И, скажем, в строительстве "зелёный" аспект уже влияет на потребительские предпочтения, внося новую вводную в конкуренцию крупных игроков рынка, - сказал «НГ» первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал. - С другой же стороны, в нынешних условиях "зелёная" повестка может становится затруднением для эффективной работы некоторых секторов экономики. К примеру, снижение разрешённого класса экологической, в том числе, безопасности автомобилей, даст возможность автопрому производить и ввозить более дешёвые автомобили, что, несомненно, работает на развитие и популяризацию всего направления. По всей видимости, именно этот сектор пока не готов встать на экологический вектор развития, не потеряв при этом в динамике».

https://www.ng.ru/economics/2022-07-18/4_8489_europe.html