Дональд Трамп, заметил бывший советник президента США по нацбезопасности Генри Киссинджер в 2018 году, «может быть одной из тех фигур в истории, которая время от времени появляется, чтобы отметить конец эпохи и заставить ее отказаться от старых притворств», пишет The New York Times.

Этот общий комментарий первого срока мог бы также быть маршевым приказом для внешней политики Трампа на второй срок. От политики и речей до пятничного взрыва в Овальном кабинете с президентом Украины, все, что делает и говорит Трамп, и все, что говорит и делает его вице-президент, безжалостно срывают притворство вокруг Соединенных Штатов, их альянсов и ситуации в мире.

Притворство: Соединенные Штаты способны играть гегемоническую роль, которую они играли 20 лет назад, полностью поддерживая демократических союзников в каждом регионе, будучи готовыми вести войны на нескольких театрах военных действий, отказываясь от любых компромиссов с авторитаризмом. Реальность: Америка перегружена, более многополярный мир требует заключения сделок с неприятными режимами, и нам нужно перекалибровать и сократить расходы способами, которые потребуют гораздо больше наших союзников.

Притворство: Наши европейские союзники — сильные страны и равноправные партнеры в защите безопасности мира. Реальность: Европа была ужасно неправильно управляема своим истеблишментом, прежде всего такими некогда прославленными деятелями, как Ангела Меркель. Ее экономическое положение плачевно, демографическая ситуация плачевна, а ее военный потенциал атрофировался, и большая часть хвастовства о возрождении европейской мощи — пустые разговоры и политика фантазий.

Притворство: При достаточной военной помощи и моральной поддержке украинцы могут отбросить русских, обезопасить свои довоенные границы и в конечном итоге присоединиться к НАТО. Реальность: Война зашла в тупик, нет пути к победе Украины, кроме как через прямое американское вмешательство, некое урегулирование путем переговоров неизбежно, а членство в НАТО никогда не рассматривалось реалистично.

Многие из этих реалий американские политики в обеих партиях уже давно поняли. Вот почему Барак Обама стремился к «повороту в Азию» и действовал осторожно, когда Владимир Путин захватил Крым. Вот почему Джо Байден ушел из Афганистана. И вот почему команда Байдена поддерживала Украину, но с ограничениями, и вот почему она конфликтовала с Владимиром Зеленским за кулисами даже в первый год войны.

И есть смысл говорить более открыто о неудобных реалиях. Людям нужно знать, что мир уже не тот, что был в 2000 или 2012 году. Им нужно понять, какие вопросы поднял Дж. Д. Вэнс в своей противоречивой речи в Мюнхене, критикуя провальный подход Европы к иммиграции, ее клевету на свободу слова, ее дефицит демократической легитимности.

Им нужно понять, что перемирие, о котором администрация Трампа, по всей видимости, хочет договориться с Россией, может не сильно отличаться от того финала, который мог бы сложиться при президенте-демократе.

И им нужно понять, почему именно Вэнс резко ответил Зеленскому в Овальном кабинете в пятницу после того, как украинский президент начал читать хозяевам лекции о том, почему невозможно вести переговоры с Путиным, — потому что мир таков, каков он есть, и сейчас переговоры с ненадежными соперниками являются необходимостью, от которой нельзя отмахнуться.

Однако: притворство во внешней политике не всегда то же самое, что самообман. Это также просто форма вежливости, обход неудобных тем и создание у стран, которые у вас в долгу или которых вам нужно прижать, ощущения, что они друзья, а не просто подданные. Это способ дать иностранным лидерам пространство для действий, которые вы хотите, и в то же время иметь дело с их собственной внутренней аудиторией, убедившись, что вы случайно не усиливаете партии, враждебные вашей политике (как это может случиться у нашего северного соседа, если словесная война Трампа с Джастином Трюдо спасет Либеральную партию на следующих выборах), и вообще облечь политику силы в одежды идеализма.

Насколько я могу судить, большая часть команды по внешней политике вокруг Трампа воображает, что делает то, что в прошлом делали такие реалистичные президенты-республиканцы, как Дуайт Эйзенхауэр и Ричард Никсон, — сопоставляет средства и цели, соглашается на меньшее зло, чтобы избежать большего, и проводит необходимую шоковую терапию для системы альянсов, которая в ней нуждается.

Но эти реалистичные президенты также чрезвычайно свободно владели языком дипломатии — они могли становиться идеалистами, когда того требовала ситуация, говорить гладко, даже когда действовали безжалостно, и успокаивать союзников, а также провоцировать их.

Трамп не говорит дипломатично и никогда не будет. Но его внешняя политика в первый срок оказалась успешной, когда президент играл жестко, а его назначенцы предлагали нормальность, а его второй срок на сегодняшний день нуждается в большем балансе — кто-то будет выкручивать руки, а кто-то будет приглаживать перья, кто-то будет говорить откровенно, а кто-то будет держать самую откровенную правду за кадром.

И кто-то — и это относится также к внутренней политике администрации — должен позаботиться о том, чтобы при проведении шоковой терапии был быстрый способ снова снизить напряжение.

 https://centralasia.media/news:2238571/?from=canews&place=topread