Уже больше двух недель кипят страсти вокруг новой школы №224 в Бостандыкском районе Алматы. О том, что стало их причиной, Spik.kz писал в статье от 20 октября. И если после этого одна из сторон конфликта вела себя довольно спокойно (во всяком случае, в публичном пространстве), то другая продолжала нагнетать ситуацию, тем самым провоцируя требования, выходящие уже далеко за пределы конкретного учебного заведения. Остудить горячие головы, похоже, некому – ни в руководстве города, ни в Министерстве просвещения.

Судя по публикациям в некоторых СМИ, многочисленным постам и комментариям в соцсетях (преимущественно в их казахскоязычном сегменте), те, кто требует, чтобы в недавно построенной школе обучение было исключительно на государственном языке, настроены бескомпромиссно. Причем речь идет даже не столько о родителях детей из прилегающих к ней жилых комплексов, сколько об «общественных активистах», решивших возглавить это движение, и большом количестве сторонних «болельщиков».

В текстах, видеосюжетах, наводнивших Интернет, много высказываний типа «все новые школы должны быть только казахскими», «государство должно финансировать только обучение на государственном языке», «никаких смешанных школ», «если кто-то хочет дать своим детям образование на русском, пусть уезжают в Россию» и т.д. Чтобы убедиться в этом, достаточно пройти по данной ссылке , прочесть посты и комментарии. Распространяются обращения, адресованные уполномоченным госорганам, с настойчивыми призывами к казахстанцам подписаться под ними – мол, вопрос касается ни много ни мало судьбы казахского языка и нации. Вот один из таких примеров:
Язык раздора: страсти вокруг новой школы в Алматы накаляются…

То есть сш №224 становится чем-то вроде полигона, на котором люди, придерживающиеся таких взглядов, решили испытать власти на прочность. И если последние не выдержат давления, дадут слабину, то завтра, не исключено, аналогичные ультимативные требования станут звучать где-то еще.

На протяжении этих двух недель активисты не раз встречались с представителями городского акимата. Те пытались объяснить им, что окончательное решение относительно статуса новой школы (будет она чисто казахской или же смешанной) может быть принято только после 28 октября, когда завершится прием заявлений от родителей, проживающих на данном микроучастке. Но такой ответ не устроил сторонников моноязычного обучения: они продолжали настаивать на своем.

В указанный день, 28 октября, им удалось добиться очередной встречи с чиновниками – теперь с начальником городского управления образования Сайраном Сафеденовым и начальником городского управления общественного развития Айдаром Есенбековым. Были озвучены такие цифры: на зачисление в казахские классы поступило 1490 заявлений, в русские – 420. На том основании, что желающих получать знания на государственном языке значительно больше, родители и пришедшие с ними активисты в очередной раз повторили свои претензии. Особенно горячился Кудайшукир Абдуллаев, который называет себя «желтоксановцем» (в начале 2023-го он безуспешно баллотировался в мажилис от Туркестанской области, а осенью того же года – в маслихат города Алматы).

Между тем, сш №224 рассчитана на 2500 мест. То есть обучающиеся на казахском языке заполнят лишь 60 процентов школьного пространства. А остальные классы будут пустовать? Одна из родительниц заявила, что рядом продолжается строительство жилых комплексов, а значит, в перспективе казахскоязычных учеников прибавится. Возможно, так и произойдет, но что делать – не в будущем, а прямо сегодня! – с 420 детьми, которые живут на данном микроучастке и родители которых (представители самых разных этносов, в том числе много казахов) выбрали обучение на русском языке? Где им получать среднее образование, которое не только гарантировано Конституцией РК, но и является обязательным?

В том районе есть еще две школы - №65, которая раньше была русской, а семь лет назад стала смешанной, и чисто казахская №140, отделившаяся от нее в начале 1990-х. Их здания были построены в советский период. Первая рассчитана на 900 учащихся, вторая – на 1100 (с учетом сделанной четыре года назад пристройки на 300 мест). Поскольку рядом за последние несколько лет было возведено очень много жилых комплексов, оба учебных заведения сегодня, что называется, забиты под завязку и даже больше того.

Разгрузить их и было призвано строительство новой школы в рамках государственной программы «Келешек мектептерi». Однако теперь упомянутые выше активисты фактически настаивают на том, чтобы одна часть детей училась в комфортных условиях и в шаговой доступности, а другая (проживающая в тех же домах и имеющая такие же права) продолжала тесниться в переполненных классах или была вынуждена ходить либо ездить на уроки далеко от места жительства. Не являются ли такие требования дискриминационными?

Те, кто выдвигает их, аргументируют свою позицию заботой о государственном языке и о казахскоязычном образовании. При этом они оперируют данными, которые не выдерживают элементарного фактчекинга. Например, постоянно повторяется утверждение, что в Алматы русских школ более чем достаточно, что в них классы полупустые, тогда как в казахских дети чуть ли не по трое за партами сидят. Хотя официальная статистика говорит о другом.

В прошлом 2024/25 учебном году в государственных общеобразовательных учреждениях самого большого города страны на казахском языке обучались 157,7 тысячи детей, на русском – 147,6 тысячи. Разница незначительная, а если считать и частные учебные заведения, она будет еще меньше. При этом чисто казахских школ, находящихся в ведении местных властей, насчитывалось 77 (на 9 больше, чем пятью годами ранее), а чисто русских – 59 (стало на 7 меньше). Еще 77 имели статус смешанных, и в их казахских классах учащихся было более чем в полтора раза меньше, чем в русских, – 41,7 и 67,5 тысячи соответственно. Можно ли после этого утверждать, что русскоязычное образование находится в лучших условиях? Скорее, наоборот.

Как видно из приведенной выше статистики, рост числа смешанных школ, подведомственных акимату Алматы, происходил в том числе за счет того, что они создавались на базе бывших русских, которых соответственно становилось меньше. Хотя количество детей, получающих образование на языке Пушкина, постоянно растет: за последние пять лет оно увеличилось на 16,7 тысячи, или на 13 процентов. Плюс к этому такие дети в большей степени, чем казахскоязычные, «разгрузили» государственные учебные заведения: в городе на 54 частные школы с обучением на русском приходятся лишь 33 с преподаванием на казахском (еще в 36 знания дают на обоих языках).

Возникает вопрос: почему русскоязычная часть нашего общества относится к смешанным школам спокойно и не видит проблем в том, чтобы отдавать туда своих детей, а казахскоязычная чуть ли не демонизирует их? Были ли какие-то исследования, которые бы доказали, что в таких учебных заведениях юные представители титульного этноса получают меньше знаний, чем в чисто казахских, хуже осваивают родной язык? Вроде бы не было – во всяком случае, в открытом доступе такие данные не появлялись. Скорее всего, это предубеждение основано на чьих-то субъективных впечатлениях или, возможно, кем-то сознательно навязывается.

В казахских классах смешанных школ действует та же учебная программа, что и в образовательных учреждениях с сугубо государственным языком обучения, дети занимаются по тем же учебникам, им преподают такие же учителя… В чем тогда проблема? Во внеурочных мероприятиях? Но под них отводят лишь небольшую часть времени, проводимого учениками в школьных стенах. И если именно они вызывают обеспокоенность родителей, то ничто не мешает обязать администрации учебных заведений проводить их с учетом степени языковой приоритетности, прописанной в Конституции.

Думается, Министерству просвещения, определяющему государственную политику в сфере школьного образования, пора перестать занимать позицию стороннего наблюдателя и четко разъяснить местным властям, общественности, как поступать в подобных случаях. Иначе есть риск получить серьезный конфликт не только на языковой, но и на межэтнической почве…