В последнее время процедуры по омоложению кожи и коррекции внешности превратились в прибыльный бизнес. Войти в эту сферу легко, требования низкие, а деятельность косметологов практически не контролируется. «Специалисты» без медицинского образования, окончив краткосрочные курсы, прокалывают кожу, делают разрезы, сшивают и проводят инъекционные процедуры. Популярные в соцсетях «авторские техники» выполняются незаконно, без клинических исследований. Пострадавшие пациенты не могут добиться справедливости. Журналист Kun.uz поговорила со специалистами и изучила причины сложившейся ситуации.

Косметология — это медицинская отрасль, занимающаяся уходом за лицом, кожей, волосами, ногтями и другими внешними элементами тела, а также их эстетическим улучшением. Для работы в этой сфере необходимы знания в области дерматологии, фармакологии и психологии.

К сожалению, в Узбекистане эта отрасль развивается без какого-либо контроля. В соцсетях рекламируются курсы длительностью 7 дней или 1 месяц, по окончании которых выдают «сертификаты». Даже не имея практики и базовых знаний, такие выпускники проводят инъекционные процедуры. Кроме того, несмотря на отсутствие лицензии на проведение хирургических операций, некоторые «специалисты» используют пациентов в качестве подопытных для «улучшения внешности». Медицинская косметология смешивается с эстетикой, а её аспекты, связанные со здоровьем, принижаются.

По словам врача-косметолога с высшим медицинским образованием Гулжахон Шириновой, многие, не имея даже среднего медицинского образования, просто наблюдают за действиями других и затем начинают выполнять сложные процедуры.

«Одна наша бывшая сотрудница, ранее работавшая менеджером, подсматривая за другими косметологами, не проходила никаких курсов и не училась в вузе, но теперь работает косметологом. Никто не спрашивает, есть ли у неё диплом или медицинское образование. Пациенты тоже не интересуются квалификацией специалиста перед процедурой. Большинство верит тому, что видит в Instagram, а принадлежат ли эти фото и видео, действительно тому косметологу, никто не выясняет», — рассказывает она.

У многих возникает закономерный вопрос — считается ли это направление медицинской услугой? На самом деле, косметология делится на несколько видов. Некоторые из них относятся к медицине, другие — к гигиеническому обслуживанию и имеют полумедицинский характер.

· Эстетическая косметология включает в себя лёгкие процедуры, такие как уход за внешностью, чистка лица, обычный массаж и гигиенические маски. Здесь нет медицинского вмешательства, и такие процедуры могут выполнять специалисты с профильными курсами.

· Медицинская косметология, напротив, предполагает физиологическое, химическое или аппаратное воздействие на организм. Например, ботокс, филлеры, лазерные процедуры, PRP-терапия, мезотерапия, химический пилинг — все эти инъекционные методы требуют профессиональных медицинских знаний и стерильных условий. Поэтому они классифицируются как «медицинская деятельность» и должны осуществляться только сертифицированными врачами-косметологами с лицензией.

«Сейчас косметология стала бизнесом: она превратилась в источник большого дохода. Вопрос лицензирования никто не поднимает. После недельных курсов, не имея ни практики, ни знаний, ни высшего образования, люди колют иглами в кожу лица и проводят операции. Это наносит вред не только авторитету профессиональных косметологов, но и всей системе здравоохранения. Случаев аллергических реакций, инфекций, шрамов и других осложнений становится всё больше. Самое печальное — механизмы регулирования работают слабо. Контроль квалификации остаётся лишь на бумаге», — говорит основатель Академии косметологии Муаттар Раупова.

12 мая 2021 года Министерство юстиции зарегистрировало приказ Минздрава, утвердивший перечень медицинских направлений, по которым разрешена деятельность (так называемую номенклатуру специальностей). Медицинская косметология входит в этот перечень, то есть официально признаётся медицинской услугой, которой могут заниматься только специалисты с медицинским образованием.

«Мы нередко видим в соцсетях видео девушек, прошедших процедуры лифтинга или уколов от морщин. При проверке выясняется, что процедуры проводятся в обычных салонах. Салоны открываются для лёгкого ухода за лицом и кожей — в них нельзя проводить разрезы, прошивки, установку нитей или уколы, меняющие форму. Всё это должно проводиться хирургами с медицинским образованием в стерильных условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям», — заявляет Дилбар Турахужаева, заведующая отделом Управления санитарно-эпидемиологического благополучия и общественного здоровья города Ташкента.

С одной стороны, это привело к доступности и распространению услуг, с другой — к росту жалоб на некачественные процедуры, инфекции и осложнения.

По словам представителя Управления, даже простая на первый взгляд процедура, как пилинг, при неправильном проведении может вызвать заражение кожи. Часто это проявляется не сразу: бактерии развиваются в скрытой форме, а симптомы появляются спустя недели, что затрудняет диагностику.

Среди самых опасных инфекций, передающихся через косметологические процедуры — вирусные гепатиты B и C. Эти вирусы распространяются через кровь и могут разрушить функцию печени. Также встречаются случаи заражения ВИЧ, вызванные недостаточной стерилизацией медицинских инструментов.

«Многие косметологи начинают работать в салонах, регистрируясь как предприниматели. При этом, если субъект зарегистрирован как центр красоты, он может оказывать только эстетические услуги. Но, несмотря на это, в салонах проводят инъекционные процедуры. Это говорит о слабости механизмов регулирования деятельности в рамках лицензии. Хуже того — у большинства салонов и косметологов нет даже лицензии на деятельность», — отмечает специалист.

Постановления Кабинета министров от 2009, 2017 и 2022 годов предусматривают, что медицинская деятельность возможна только по лицензированным направлениям, а лицензирование возложено на Министерство здравоохранения. Следовательно, регулирование косметологических услуг — прямая обязанность Минздрава. У нас было множество вопросов к ведомству, и мы неоднократно связывались с его пресс-секретарём в течение полутора месяцев, пока готовили материал. Однако нам не удалось получить ни ответов на наши вопросы, ни интервью.

Контроль за качеством и гигиеной при проведении процедур, связанных со здоровьем, крайне важен. Этим должен заниматься Комитет по санитарно-эпидемиологическому благополучию и общественной безопасности. Организация обязана проверять соответствие кабинетов установленным требованиям, стерилизацию инструментов, срок годности и условия хранения препаратов. В случае выявления нарушений или угрозы пациенту, она должна выдавать предупреждения, накладывать штрафы или приостанавливать деятельность. Однако у комитета ограниченные полномочия — он не может проводить проверки без официальной жалобы от пациента.

«Только если поступит заявление, причём с конкретными фактами, и мы получим разрешение от бизнес-омбудсмана, мы можем провести проверку. Поскольку косметологи зарегистрированы как предприниматели, мы не имеем права вмешиваться в их деятельность — это установлено законом», — объясняет Дилбар Турахужаева.

Эта ситуация показывает: несмотря на законодательство, в Узбекистане государственный контроль над косметологической деятельностью работает слабо. Формально запрещено вмешательство в предпринимательство, но, учитывая, что речь идёт не просто о продаже товаров, а о процедурах, напрямую влияющих на здоровье человека, правовой механизм, возможно, требует пересмотра или дополнений. Такая деятельность не может оставаться без контроля.

Комитет по развитию конкуренции и защите прав потребителей заявляет, что предприниматели, предоставляющие медицинские услуги, не только занимаются деятельностью, на которую не имеют полномочий, но и используют в процедурах продукцию, не прошедшую государственную регистрацию и не имеющую подтверждённого качества. Проведение таких процедур без юридического основания — строго запрещено.

Сегодня в соцсетях нередко рекламируются «авторские техники» под видом косметологических процедур. При попытке узнать состав, отвечают: «авторский», ничего не раскрывая. Это считается нарушением прав потребителя.

«Потребители имеют право на полную и достоверную информацию о косметологической (или любой другой) услуге, её составе, качестве и безопасности. Эта информация должна включать состав, показания к применению, меры предосторожности, сведения об исполнителе, срок действия и условия проведения процедуры», — поясняет специалист Комитета по защите прав потребителей.

Для препаратов, применяемых в «авторских процедурах», не проводятся клинические исследования. Согласно статье 12 закона «О лекарственных средствах и фармацевтической деятельности», препараты и медицинские изделия могут использоваться в практике только после государственной регистрации и экспертной оценки. Следовательно, любой препарат должен пройти клинические испытания и получить официальное разрешение. Средства, применяемые в таких «авторских процедурах», не соответствуют этим требованиям. Их состав неизвестен, механизм действия не имеет научного обоснования. Самое опасное — за последствия таких процедур никто не несёт ответственности. Пациенты с ожогами, повреждёнными тканями или заражениями становятся жертвами некачественных услуг в сомнительных салонах.

Согласно статье 24 закона «О защите здоровья граждан», пациент имеет право требовать компенсацию вреда, причинённого его здоровью при оказании медицинской помощи, в установленном законом порядке.

Мы не хотим напугать вас или отговорить от визита к косметологу. И тем более — не утверждаем, что все косметологи работают плохо. В Узбекистане немало профессионалов, добросовестно выполняющих свою работу. Мы лишь хотели подчеркнуть разницу между хорошим и плохим исполнителем, предостеречь вас и уберечь от обмана.

В программе также рассказывается о ловушках Instagram-рекламы, международном опыте регулирования косметологической деятельности и правах потребителей. Посмотреть её можно полностью на YouTube-канале Kun.uz.