СВО отчасти зафиксировала, отчасти спровоцировала полномасштабные геополитические сдвиги. Один из них – смещение центра принятия глобальных решений с коллективного Запада на Восток и Глобальный Юг. Отныне к каждой встрече лидеров России, Китая и Индии приковано особое внимание. Вот и в рамках саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Бишкеке мировые СМИ разбирали не то что каждое слово – каждый жест Владимира Путина, Си Цзиньпина и Нарендры Моди. И оказалось, что не зря…
"Моди о чём-то просил Путина"
Особый резонанс получила сцена после протокольного фото участников саммита: премьер-министр Индии явно без предварительной договорённости "перехватил" президента России для конфиденциального общения, к общению присоединился и председатель КНР.

В беседе с Царьградом психолог, физиогномист Надежда Шевченко поделилась анализом невербального общения лидеров трёх великих евразийских держав.

Оценка эксперта обнадёживает: главы государств высказывают взаимопонимание и доверие не только на словах, но и на "языке тела":

Моди остановил Владимира Владимировича дружеским жестом, демонстрируя огромное уважение. Си, когда подошёл к ним, всячески показывал спокойствие, уверенность, мягкую силу. По положению тел в пространстве и жестам видно, что доминирующее положение занимает наш президент. Он является связующим звеном, вокруг него выстраивается диалог. Скорее всего, Моди о чём-то просил Путина, и тот, думаю, удовлетворит просьбу. Китайский лидер шёл мимо, но приостановился, вовлекаясь в диалог.
Что ж, весьма отрадно, если такая оценка соответствует действительно – но всё-таки чтение жестов по большей части "лирика". А каковы политические факты и расклады на данный геополитический момент? Что готовят Москва, Пекин и Нью-Дели для коллективного Запада по итогам саммита ШОС в Бишкеке?

Американцы начали что-то подозревать
Первый и наиболее очевидный вывод – для лидеров ведущих стран ШОС участие в работе организации не формальность. И даже не "страшилка" для Запада с целью улучшить позиции на переговорах с США и их союзниками/сателлитами.

Показательно, что во время двусторонней встречи 31 августа Владимир Путин и Си Цзиньпин уделили особое внимание ШОС как всё более важному глобальному центру и "самостоятельному фактору международной стабильности".

Принципиально то, что центр этот создан и функционирует за пределами "западного миропорядка". Это осознали и приняли даже либеральные американские СМИ. Издание The New York Times сравнило саммит ШОС с проходившей фактически параллельно в США встрече министров финансов и управляющих центральными банками "Большой двадцатки" (G20) – и это сравнение оказалось не в пользу мероприятия в штате Северная Каролина:

Если саммит в Бишкеке был призван продемонстрировать солидарность, то встреча G20 показала, что в [западном] мире нет единства.

Особое значение имеет выраженная Россией и Китаем публичная поддержка борьбы Ирана против американо-израильской агрессии. И высказанное Путиным в ходе встречи с президентом Масудом Пезешкианом восхищение мужеством иранского народа и обещание и впредь помогать Тегерану – не формальность.

А очевидный сигнал странам, которые пока присматриваются к перспективам вступления в Шанхайскую организацию сотрудничества. Москва и Пекин на примере конкретной страны – участницы ШОС демонстрируют: своих не бросаем, даже если речь идёт о противостоянии с Америкой.

По мнению директора Института стран Азии и Африки МГУ востоковеда Алексея Маслова, саммит в Бишкеке показал, что у ШОС, о которой давно говорят, что она вот-вот закончится, есть большой потенциал для роста:

Странам Центральной Азии ШОС предоставляет разумную альтернативу воздействию США или однонаправленной связи с Китаем. Индия и Китай, несмотря на многие противоречия, продуктивно сотрудничают по стабилизации региональной ситуации. Для России это мощный рычаг легитимации собственной политики.
Самое важное оставили под занавес?
Хотя в привлёкшей столько внимания неформальной сценке с участием Моди, Путина и Си инициатива общения явно исходила от премьер-министра Индии, наиболее продуктивное сотрудничество наладили Россия и Китай.

Это обстоятельство особо подчеркнули в ходе двусторонней встречи председатель КНР и президент России. Си Цзиньпин отметил стратегический характер взаимоотношений: "отношения продолжают укрепляться", "уверенно двигаемся к ещё более прекрасному будущему". Своему лидеру вторит китайская пресса, которая обращает внимание на важность развития ШОС не только как регионального, но и глобального игрока. В то же время связанные с Россией темы (тот же украинский кризис) СМИ продолжают характеризовать традиционными фразами про "стремление к миру".

Владимир Путин обратил внимание на уже имеющиеся у Москвы и Пекина совместные достижения. Президент привёл примеры сотрудничества в энергетике, промышленности, космической сфере, особо отметил важный логистический прорыв в виде первого регулярного рейса китайского контейнеровоза по Северному морскому пути. Также глава государства счёл перспективным эксперимент с безвизовым режимом для граждан России и Китая и допустил возможность его перевода в постоянный режим.

Один из ключевых промежуточных итогов общения Путина и Си в Бишкеке уже поздним вечером 1 сентября озвучил помощник президента России Юрий Ушаков. По его словам, в ходе переговоров обсуждалась возможность трёхсторонней встречи с участием лидеров России, Китая и США. Такая встреча теоретически может состояться уже в ноябре текущего года в рамках саммита АТЭС-2026 в китайском Шэньчжэне.

Не китайских мигрантов нужно бояться…
Но дальнейшее сближение России и Китая в условиях разрыва нашей страны с Западом – это не только перспективы развития. Подобный масштабный разворот в государственной политике и стратегии предполагает и повышение рисков.

Особое внимание привлекла озвученная Путиным возможность превращения 30-дневного безвизового периода в постоянный безвизовый режим. Специалисты указывают, что это пока лишь теоретическая возможность – но уже расходятся в оценке значения такой меры для России.

По мнению доктора политических наук, первого министра госбезопасности ДНР, политического обозревателя Царьграда Андрея Пинчука, в случае введения полноценного безвизового режима с новой силой может вспыхнуть миграционный кризис. Тот самый, который Россия пусть с запозданием, но пытается решить через систему введения оргнабора гастарбайтеров.

Впрочем, обращает внимание Алексей Маслов, пока эти опасения выглядят преждевременными. Предпосылок для массовой трудовой миграции из Китая не наблюдается: по словам эксперта, в Поднебесной более высокие средние зарплаты, стабильное социальное обеспечение, неплохая экономическая ситуация и прозрачные условия ведения бизнеса.

А вот что представляет собой действительно угрозу интересам России, полагает профессор Маслов, так это укрепление связей внутренней китайской "повесткой" и региональная геополитическая конкуренция с Пекином.

Для Китая в рамках ШОС главная задача – защита ключевых проектов транспортной инфраструктуры в Центральной Азии. Регион расположен у китайских границ в Синьцзяне и служит важным мостом в Россию, Ближний Восток, Южную Азию и Европу. Соответственно, Пекин будет стараться усиливать здесь своё влияние, что неизбежно предполагает некоторое отступление Москвы

Но наиболее насущный "китайский риск" для России сегодня, уверен Алексей Маслов, это своего рода сращивание двух экономик:

Около 76% нашей внешней торговли ориентировано на страны Азии, с явным отрывом лидирует Китай. Опасность в том, что Россия оказывается целиком зависимой от любых флуктуаций на рынках Китая, от любых политических стрессов в этой стране.
Индия против Запада? Даже не смешно
С Индией ситуация, с одной стороны, более прозрачная. С другой – более настораживающая.

Встреча Владимира Путина с Нарендрой Моди чётко обозначила: главное в диалоге между двумя странами – это экономическое сотрудничество. Которое подвержено определённым колебаниям в зависимости от развития отношений Нью-Дели с Западом.

При этом, уверен руководитель Центра Индоокеанского региона ИМЭМО РАН кандидат исторических наук Алексей Куприянов, постоянно муссируемые в западной прессе сообщения, что Индия вот-вот откажется от закупки энергоресурсов в России, это не более чем "вбросы":

Если посмотреть на общую статистику продажи нефти из России в Индию, поставки не прекращались. Да, они имеют волнообразный характер, но это сугубо технические моменты. Другая причина – когда индийская сторона в процессе переговоров с американцами не хочет акцентировать закупки нашей нефти. Тогда происходят такие "вбросы" в СМИ, и все начинают обсуждать планы Индии о прекращении поставок.

Подтверждение слов эксперта – свежая, от 2 сентября, публикация индийского издания The Indian Express. Взглянешь на заголовок (см. скрин выше) – и сразу лезут нехорошие мысли: ну всё, индийцы закупают у нас всё меньше нефти, скоро совсем откажутся… Правда, вчитавшись в текст, понимаешь: речь идёт о банальной коррекции поставок по сравнению с предыдущими рекордными показателями. Но краткосрочный пропагандистский эффект достигнут.

Такие медийный "фокусы" – отражение прагматичной политики индийских властей, напоминает Алексей Маслов. Ведь Нью-Дели приходится балансировать между США, Китаем, Россией, показывая при этом "независимую позицию" собственному населению.

Рассчитывать, что в обостряющемся противостоянии России и Запада Индия по-настоящему "впишется" за нас, не приходится. Это нужно понимать и учитывать в стратегических расчётах, обращает внимание Алексей Куприянов, – слишком серьёзные экономические интересы у индийцев на Западе:

Индия не собирается выстраивать никакую коалицию против Запада. Наоборот, она недавно подписала соглашение о зоне свободной торговли с ЕС. Более того, Нью-Дели сейчас пытается за счёт Европы заместить на внутреннем рынке часть ушедших американских инвесторов.

В отношениях с Россией для Индии на первом месте выгода. Москва является надёжным поставщиком энергоресурсов на фоне мирового кризиса, спровоцированного войной в Персидском заливе? Что ж, значит, будем активно покупать русскую нефть, налаживая и другие экономические связи – не более того.

Что в итоге?
Что именно сказал Нарендра Моди Владимиру Путину в Бишкеке и что по этому поводу добавил Си Цзиньпин, мы вряд ли достоверно узнаем.

Совершенно точно, что у России, Китая и Индии на текущий исторический момент действительно полное взаимопонимание. И основано он не столько на личных симпатиях лидеров стран (хотя и этот фактор существенный), сколько на совпадении национальных интересов. В случае с Нью-Дели и Москвой – сугубо экономических, у России и Китая – не только хозяйственных, но и геополитических.

Для нашей страны в 2026 году это более чем выгодно. И с точки зрения экономики. И с позиции построения многополярного мирового порядка. И в плане обеспечения России международного тыла в конфликте с Западом, чьи планы "изолировать русских" уже провалились.

Явно не случайно в ходе общения с прессой по итогам саммита в Бишкеке Владимир Путин безо всяких колебаний обрисовал перспективы продолжения СВО. Такие заявления явно основаны в том числе и на "сверке часов" с Китаем и Индией. Договорились ли три державы при этом о чём-то особенно важном, станет известно лишь спустя время.

В любом случае не нужно иллюзий: как бы выгодно мы ни сотрудничали с нашими стратегическими партнёрами, в противостоянии с Западом Россия может рассчитывать только на себя. На собственные силы и на решимость защищать свои интересы.

https://tsargrad.tv/articles/signal-zapadu-poslan-zhesty-putina-modi-i-si-skazali-bolshe-slov-chto-ostalos-za-kulisami-sammita-shos_1850805

https://tsargrad.tv/articles/signal-zapadu-poslan-zhesty-putina-modi-i-si-skazali-bolshe-slov-chto-ostalos-za-kulisami-sammita-shos_1850805