Под конец 2025 года премьер-министр Венгрии Виктор Орбан заявил о риске распада Евросоюза. В пространном интервью с многозначительным заголовком «Брюссель хочет войны, Венгрия хочет мира» он дал понять, что власти ЕС своей необдуманной политикой по многим направлениям завели Европу в тупик. Не менее важно и то, что евробюрократы теперь предпринимают усилия, чтобы выбраться из него – но не путем осознания своих ошибок и их коррекции, а посредством конфронтации с Россией, которая в конечном итоге может привести к войне.

«Происходит перераспределение финансовой, военной и политической власти, которое может… спровоцировать войну, – указал венгерский премьер. – Военная напряженность, которая ощущается в Европе, является следствием упадка Западной Европы и Европейского союза». Нынешнюю ситуацию внутри блока европейских государств он рассматривает как противостояние партий войны и мира, подчеркивая, что Венгрия, невзирая на любое внешнее давление, выступает за мир. При этом Орбан считает, что главной причиной происходящего стал даже не украинско-российский конфликт, который сам является следствием сложившейся геополитической ситуации.

«Реальная причина – политический, экономический и социальный упадок Западной Европы, – говорит Орбан. – Этот процесс начался в середине 2000-х годов и ускорился из-за неудовлетворительных мер реагирования на финансовый кризис. Двадцать лет назад экономические показатели Европейского союза и США были примерно на одном уровне. Сегодня Америка взлетает, а Европа скатывается вниз… В настоящее время Европейский союз находится в состоянии развала. Происходит процесс распада, который совпадает с усилением имперских амбиций брюссельской бюрократии… Решения принимаются в Брюсселе, но не реализуются. Сначала одна страна не выполняет их, затем две, затем три. Несмотря на намерение усилить центральную власть, лица, принимающие решения, постоянно вынуждены отступать».

Однако прежде чем Еврокомиссии приходится идти на попятный, она успевает все же нанести значительный вред. Орбан припомнил, в частности, случай «зеленого» перехода, когда евробюрократы решили запретить с 2035 года производство автомобилей с обычным двигателем. В конце концов это решение пришлось смягчить, но автомобильная и химическая промышленность Европы успели серьезно пострадать.

Но больше всего повредила Европе санкционная антироссийская политика Брюсселя, которая, по сути, уничтожила европейскую промышленность. Цены на энергоносители выросли в два-три раза по сравнению с конкурентами, что сделало производство в Европе нерентабельным и лишило его перспектив.

«ЕС постоянно ограничивает суверенитет государств, – посетовал Орбан, – но при этом не имеет возможности использовать приобретенные полномочия… Если не произойдет быстрой и глубокой реорганизации – а это все еще возможно, – то распад дойдет до точки, откуда уже не будет пути назад».

Можно возразить, что Виктор Орбан и его партия, которые в следующем году столкнутся с вопросом переизбрания на фоне растущих проблем в самой Венгрии, могут сгущать краски и в принципе заинтересованы в том, чтобы выставить именно власти ЕС виновниками системного кризиса, а сам Евросоюз – идущим на дно кораблем. Однако на днях во французской Le Figaro выступили два крупных представителя европейских властей, никак с Орбаном и венгерскими интересами не связанные: бывший министр финансов Франции Арно Монтебур и Тьерри Бретон, сам бывший еврокомиссар и до сих пор – персона весьма влиятельная (так что власти США на днях запретили ему въезд на свою территорию).

По мнению Арно Монтебура, если даже не упразднять Европейский союз, то он как минимум должен «быть глубоко преобразован». Причины? Отсталая, недостаточно компетентная, не учитывающая национальные интересы евробюрократия стала тормозом любого развития, и результаты ее решений для стран блока оказываются катастрофическими.

«Мы привыкли к тому, что США держат нас за горло, а китайцы сбывают нам свою продукцию. Отлично. Значит, в итоге мы станем бедными и зависимыми». Бывший министр не скупится на резкости, чтобы описать положение ЕС:

«Мы являемся промышленными вассалами Китая и цифровыми вассалами Соединенных Штатов. И кто нас к этому привел? Европейская система».

По привычке, говоря о Европе, Арно Монтебур то и дело сбивается на состояние Франции, которая имеет одновременно дефицит государственного бюджета и дефицит торгового баланса. «Мы являемся экономикой, которая находится в процессе упадка уже 20 лет». Страна только и делает, что импортирует, а не производит на своей территории. «У нас уже не хватает фабрик, фермеров; у нас все меньше и меньше предприятий сферы обслуживания». Самые многообещающие предприятия французской промышленности были распроданы: «Кто сказал, что Франции не нужны заводы? Что ж, он победил. Alcatel больше не существует».

Со своей стороны, бывший еврокомиссар Тьерри Бретон подтвердил, что идея деиндустриализации Европы шла из самого центра, от европейских властей, но предусмотрительно кивает на то, что во всем будто бы виноваты британцы (на данный момент ЕС уже покинувшие). «Когда британцы присоединились к ЕС, они пришли с этой доктриной, я бы даже назвал ее идеологией», – объяснил Бретон. Ему – будто бы – оставалось лишь подчиниться: «Мне было запрещено говорить о промышленности и особенно о промышленной программе… Надо было изображать дело так, будто мы всего лишь потребители».

Особое раздражение Монтебура вызывает полная зависимость ЕС в цифровом секторе, так что он даже назвал ЕС «цифровой колонией Соединенных Штатов Америки». Орбана больше волнует угроза национальной идентичности, требования ЕС к Венгрии «стать страной мигрантов, выполнять миграционный пакт, строить города для беженцев», и он прямо указал на

«три роковые ошибки, которые разрушили Западную Европу: приоритет интересов глобального крупного капитала над интересами народов, прием и расселение мигрантов, а также перевоспитание детей в духе… гендерной идеологии».

Проблемы Евросоюза в последнее время обозначились настолько явно, что даже Польша, один из главных бенефициаров блока, оказалась в затруднении. Ничто вроде как не предвещало – и вдруг выяснилось невероятное: что четверть поляков теперь стоят за выход из ЕС и при такой поддержке возможный «Полексит» (по аналогии с «Брекситом») уже не назовешь шуткой или пустым звуком.

«Мы становимся слабым звеном. Тревожные данные о поддержке поляками выхода из ЕС», – нервничает Wyborcza. «Речьпосполита» выказывает меньше тревоги, но тоже не радуется: «Хотя сторонники сохранения Польши в Европейском союзе по-прежнему составляют явное большинство, последний опрос United Surveys, проведенный IBRiS для Wirtualna Polska, показывает, что целых 24,7% респондентов считают, что Польша должна начать процесс выхода из ЕС в ближайшее время… 48,6% респондентов заявили о решительном несогласии с «Полекситом», а еще 17,1% ответили «скорее нет». Однако

результаты демонстрируют растущую силу евроскептического электората, который еще несколько лет назад в публичном пространстве считался маргинальным».

Среди прочего результаты опроса показали явный поколенческий разрыв: «в возрастной группе 18-29 лет 61% респондентов категорически выступают против «Полексита», в то время как поддержка выхода из ЕС составляет всего 13%. Это поколение знает Польшу только в рамках ЕС. Наиболее евроскептически настроенная группа – это люди в возрасте 30-49 лет. В этой категории 38% респондентов поддерживают выход из ЕС».

Пытаясь осмыслить поразительные итоги опроса, колумнист газеты сострил, что «призрак «Полексита» нависает над Польшей», и разразился филиппикой о «неусвоенном уроке Брексита». Мол, в свое время Великобритания «сама себе выстрелила в ногу», а теперь «56% британцев считают, что выход из ЕС был ошибкой». И эту ошибку Польша никак себе позволить не может, потому что «находится между Германией и Россией; у нее нет ядерного оружия, нет языка, имеющего мировое значение, и нет особых отношений с США. Несмотря ни на что, Лондон… каким-то образом справляется. Варшава бы не справилась». Показательно упорное нежелание обсуждать – что же могло пойти не так в прекрасном Евросоюзе, что даже поляки, на него буквально молившиеся, стали думать о том, как бы им соскочить с этого проекта?

Потому что, помимо общих кризисов, которые власти ЕС создали или усугубили – среди них бездумное поощрение миграции, отказ от российских энергоносителей, уничтожение промышленности, умышленное затягивание конфликта на Украине ради перезапуска европейского военно-промышленного комплекса – в недрах блока из 27 стран зреют конфликты уже чисто внутренние, которые противопоставляют интересы Германии интересам Франции, Венгрию – большинству остальных государств, или, к примеру, Польшу – Германии, с которой польские власти мечтают получить репарации за Вторую мировую войну.

Более того, как показала практика, влияния евробюрократии уже не хватает, чтобы эти конфликты погасить – и его даже порой не хватает, чтобы навязать свою волю в других ситуациях. На днях власти ЕС потерпели унизительное поражение от бельгийского правительства, которое самым решительным образом воспротивилось намерению конфисковать российские активы, находящиеся в брюссельском депозитарии Euroclear. Все это прекрасно видят за океаном, и не случайно американские власти в своей недавней стратегии отметили, что Европа пребывает «в цивилизационном упадке».

Тем не менее в Евросоюзе пока достаточно факторов, за счет которых он держится: это единый рынок, общее пространство без внутренних границ и кажущаяся возможность долгосрочного взаимовыгодного развития. Тот же Орбан признал, что в данный момент ЕС для Венгрии нужен, «потому что значительная часть нашего экспорта идет именно сюда». Однако деградация ЕС ставит неизбежные вопросы о целесообразности пребывания в нем отдельных стран, причем куда более значимых, чем Венгрия или Польша.

Некоторые политики, как француз Николя Дюпон-Эньян, полагают, что следующие 10 лет решат, быть ли Франции в составе ЕС или уйти. Раньше он придерживался мнения, что европейскую систему «следует реформировать изнутри», но теперь считает, что пациента это уже не спасет. По его мнению,

ЕС «стал подавлять свободу… доходя до того, что меняет результаты выборов, как в Румынии. И что еще хуже, он ведет нас к войне».

Как заметил все тот же глава партии «Вставай, Франция»: «Мы никогда не сможем решить наши проблемы миграции, безопасности, экономики и энергетики, если не вернем себе свободу». Аналогичные голоса раздаются и на другом берегу Рейна, где партия «Альтернатива для Германии» время от времени поднимает вопрос о целесообразности выхода страны из Евросоюза.

«У этого ЕС нет будущего», – подводя итоги, пишет обозреватель немецкой Die Welt. Потому что «нынешний Евросоюз ставит под угрозу процветание и раскалывает континент». В отличие от Дюпон-Эньяна, автор еще верит, что Евросоюз можно спасти, если реформировать его – но ничто в поведении евробюрократов не показывает, что они понимают необходимость таких реформ, не говоря уже о готовности пойти на них. К чему это в итоге может привести, не знает никто, а Виктор Орбан так и вовсе предположил, что нынешний год может стать «последним мирным годом» для Европы.

https://vz.ru/world/2025/12/30/1383322.html