Невиданное доселе событие произошло в западном мире – Соединенные Штаты ввели санкции против своих ближайших союзников, европейцев. СМИ уже называют происходящее "новой холодной войной" – причем не с Россией, а с Европой. Что стало причиной столь острого конфликта между Европой и США?

23 декабря Соединенные Штаты ввели новые санкции, запрещающие въезд на территорию США ряду персон. Правда, на этот раз не российских, не китайских и даже не венесуэльских. Санкции были введены против бывшего еврокомиссара Тьерри Бретона, а также еще четырех человек за "попытки заставить американские технологические компании контролировать политическую речь на своих платформах". Проще говоря, за попытку принудить американские соцсети ввести цензуру и блокировать страницы правых активистов и политиков.

Собственно, Тьерри Бретон был наказан за то, что он был одним из авторов Закона о цифровых услугах (Digital Services Act, или DSA), систематизирующего европейскую цензуру. DSA, вступивший в силу в 2023 году, принуждает владельцев цифровых платформ модерировать сообщения в поисках незаконного содержимого, включая кибербуллинг и материалы, разжигающие ненависть.

Под "ненавистью" Евросоюз понимает в том числе и критику ультралиберальных ценностей, которые он распространяет. И в декабре 2025 года ЕС в рамках DSA вынес первый в истории штраф – и сразу на 140 млн долларов. Его получил Илон Маск за то, что плохо администрировал принадлежащую ему соцсеть X (бывший Твиттер) – проще говоря, по словам Маска, за то, что он отказывался цензурировать контент.

Это, конечно, не 6% от годового дохода цифровой платформы (а на такую сумму ЕС имеет право штрафовать в рамках закона), но все равно очень много. К тому же, видимо, не последний раз – ведь за X пристально следят специально обученные и зарабатывающие на этом люди.

Дело в том, что четыре человека из санкционного списка Трампа – это активисты НПО, которые отслеживают правых активистов в интернете и доносят на них структурам Еврокомиссии. Собственно, поэтому замгоссекретаря США Сара Роджерс заявила, что борется с "экосистемой цензуры и НПО", а ее шеф, госсекретарь Марко Рубио, назвал все это "глобальным цензурно-промышленным комплексом".

И поскольку таких НПО в Европе много, американцы заявили, что список санкций могут расширить. "Идеологи в Европе слишком долго предпринимали организованные попытки заставить американские платформы наказывать тех, кто придерживается взглядов, противных их собственным. Администрация Трампа больше не будет терпеть эти вопиющие акты экстерриториальной цензуры", – отметил Марко Рубио, назвавший эту цензуру "нарушением американского суверенитета".

"Попытки иностранных государств навязать свою антисвободную политику, направленную на цензуру американских голосов и принуждение американских платформ к регулированию или замалчиванию нашей свободы слова, являются грубым нарушением нашего суверенитета, за которое необходимо ответить, привлекая к ответственности", – уверяет глава нацразведки США Тулси Габбард.

Это решение Соединенных Штатов является не каким-то выплеском обиды Трампа или же результатом лоббизма Илона Маска – оно полностью ложится в канву новой американской политики в отношении Брюсселя.

"Администрация Трампа открыто враждует с Европейским союзом, доведя давние разногласия по вопросам свободы слова, Украины и массовой миграции в ранг официальной американской политики", – пишет издание Axios, называя подход Трампа "новой холодной войной".

И чтобы выиграть эту холодную войну, Вашингтон превентивно защищает свои информационные платформы, карая за любое нападение на них. Речь идет как о победе на внутреннем фронте (на промежуточных выборах в Конгресс, для чего цифровые платформы должны не бояться публиковать посты правых активистов против леваков), так на внешнем, европейском. Доктрина национальной безопасности США прямым текстом говорит о стремлении Вашингтона вмешиваться во внутренние дела европейских стран и поддерживать на выборах правые партии. Для чего, опять же, им должна быть предоставлена полная свобода слова на цифровых площадках.

Европейские идеологи, конечно, крайне недовольны. Обещают обороняться.

"Свобода слова – это основа нашей сильной и процветающей европейской демократии. Мы гордимся ею. Мы будем ее защищать", – заявила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, подразумевая под свободой слова свободу лишь своего слова.

Пытаются играть на союзнических чувствах. "ЕС осуждает введенные США запреты на въезд в отношении граждан и должностных лиц ЕС. Подобные шаги недопустимы между союзниками, партнерами и друзьями", – возмущается глава Евросовета Антониу Кошта. Забыв о том, что Трамп не считает его и прочих евробюрократов ни союзниками, ни друзьями, ни даже партнерами. Президент США уже заявил о том, что ЕС для него – противник. А в стратегии нацбезопасности Соединенных Штатов указано, что ЕС – еще и противник для европейцев.

Самая же конструктивная критика была со стороны Макрона – он пытался отвечать Трампу и его сторонникам на их языке.

"Эти меры равносильны запугиванию и принуждению, направленному на подрыв европейского суверенитета.

Цифровые регламенты Европейского союза были приняты в результате демократического и суверенного процесса Европейским парламентом и Евросоветом", – заявляет французский президент.

И ряд экспертов согласен с такой линией защиты. Так, Далибор Рохач из Американского института предпринимательства пишет о "вопиющем противоречии между предполагаемым почитанием национального суверенитета движением MAGA (трампистами – прим. ВЗГЛЯД) и высокомерным тоном, в котором администрация дает европейцам советы о том, как организовать свой континент или за кого голосовать".

Однако Трамп – не юрист, ему эти аргументы неинтересны. К тому же он – как, опять же, отмечено в Стратегии нацбезопасности США – считает Макрона и прочих "правительствами меньшинства", которые не представляют интересы граждан своих стран. А значит, с его точки зрения все эти люди не могут считаться носителями суверенитета и достойны лишь американских санкций. А значит, трансатлантический раскол между США и Европой, который еще пару лет назад казался немыслимым, отныне будет лишь углубляться.