Завершился третий раунд трехсторонних переговоров по урегулированию российско-украинского конфликта. Посланцы Москвы, Киева и Вашингтона говорили в Швейцарии – стране, пусть и частично, но присоединившейся к антироссийским санкциям. Пока это единственное, для широкой публики, свидетельство того, что в переговорном процессе происходят какие-то подвижки. На оптимистический лад настраивают еще и сообщения СМИ о том, что в команде Дональда Трампа всерьез обсуждают возможность отмены части санкций против РФ как условия заключения мирной сделки. Впрочем, официальных подтверждений на этот счет Белый дом не дал. При этом вовсе не факт, что у Трампа достаточно возможностей для вывода РФ из санкционного режима или снятия хотя бы всех американских антироссийских санкций.

Переговоры в Женеве длились в общей сложности два дня. Четыре часа – 17 февраля, два – 18 февраля. Помощник президента РФ Владимир Мединский, возглавляющий российских переговорщиков, в кратком общении с прессой, по существу ограничился тем, что назвал переговоры трудными. Глава украинской делегации, секретарь Совета по национальной безопасности и обороне Рустем Умеров дал более развернутый комментарий, но по сути, ничем не отличающийся от того, что сказал глава российской делегации. «Обсуждали параметры безопасности и механизмы реализации возможных решений. Часть вопросов удалось уточнить, по части – продолжается дополнительное согласование. Мы сосредоточены на отработке ключевых положений, необходимых для выход на завершение переговорного процесса. Это сложная работа, которая требует согласования со всех сторон и времени. Продвижение есть, но пока без деталей», – сказал он.

Украинский президент Владимир Зеленский комментировал встречу в Женеве более эмоционально. Сказанное им можно, вкратце, свести к одному тезису: существующий формат общения в Киеве считают неподходящим для достижения какого-либо результата. Зеленский обвинил Россию в умышленном затягивании переговорного процесса. Вероятно, с подачи украинской стороны, издание Axios, со ссылкой на источники, сообщило еще 17 февраля, что российско-украинские переговоры зашли в тупик, якобы, по вине РФ, выставляющей заведомо неприемлемые для Украины требования. Таким образом, повторяется ситуация 2022 года, когда переговоры в Стамбуле не увенчались результатом, как заявляли в Киеве, потому что РФ фактически предложила украинской стороне капитулировать, а не договариваться о компромиссе.

Подключение к переговорам Мединского действительно выглядит отсылкой к переговорам четырехлетней давности, где на первый план вышли вопросы политического и гуманитарно-политического характера. Это статус русского языка, членство Украины в НАТО, равенство церквей на украинской территории и многое другое, по чему РФ и Украине сейчас априори трудно найти компромисс. Уступка по какому бы то ни было, из этих вопросов будет для Зеленского серьезным ударом по его политическим перспективам. Дело не только в том, что пауза с президентскими и парламентскими выборами, взятая на Украине на время боевых действий, вполне может завершиться в этом году. Зеленский рискует разрушить то хрупкое единство, которое сложилось в украинском обществе вокруг его личности. Украинские политики воздерживаются от слишком активных нападок на него так как видят в нем лидера, противостоящего РФ. Разрушить этот консенсус не так уж сложно: он и так еле держится.

О том, что Зеленский в украинской политике отнюдь не безальтернативен неожиданно напомнил его потенциальный соперник в борьбе за президентское кресло – бывший командующий украинскими войсками, а ныне посол Украины в Великобритании Валерий Залужный. Ранее он не критиковал украинского лидера и не давал ясных ответов на часто задаваемые ему вопросы относительно своих дальнейших планов. Теперь же Залужный, которому, казалось бы, в дни важных переговоров в Женеве, этика дипломата предписывает хранить молчание и не подставлять вышестоящее начальство, дал интервью агентству Associated Press. В нем он, фактически, бросил вызов Зеленскому.

По мнению Залужного, украинское наступление июня 2023 года провалилось исключительно в силу ошибок руководства (читай, президента), не выделившего необходимых ресурсов. В изложении экс-командующего украинскими войсками дело было так: он, совместно с советниками от НАТО разработал план, для осуществления которого была необходима концентрация имеющихся у Украины сил для удара в Запорожской области с последующим выходом к Азовскому морю. Вместо этого украинские военные оказались рассредоточены на большой территории. В результате сил не хватило, плюс был потерян эффект внезапности.

То же издание Axios сообщило, что на переговорах в Женеве украинский президент требовал от своей делегации поставить вопрос о необходимости организации своей встречи с Владимиром Путиным. Ранее в Кремле уже отвергали подобное предложение. В любом случае, видна заинтересованность Зеленского в том, чтобы процесс переговоров ускорился и результат был бы максимально быстрым.

В принципе, на том же настаивают в Вашингтоне. Правда, Трамп периодически сигнализирует, что считает главным препятствием для достижения результата позицию Украины, а не России. Такой сигнал он послал и накануне переговоров в Швейцарии. Как выразился Трамп, «Россия хочет заключить сделку и Зеленскому придется двигаться». В американской прессе отмечают, что президенту США сейчас как никогда необходимы безусловные успехи. Скандалы, связанные с публикацией документов по делу миллиардера-педофила Джеффри Эпштейна и деятельностью ICE (Иммиграционной и таможенной полиции США) разрастаются и пятнают в первую очередь репутацию Трампа. В Соединенных Штатах, между тем, через несколько месяцев официально стартует избирательная кампания. В ноябре американцы должны переизбрать Конгресс. Пока, по опросам, однопартийцы Трампа, республиканцы, проигрывают выборы только в нижнюю палату. Однако, если падение рейтинга президента продолжится, велика вероятность, что они потеряют и Сенат.

Издание The Economist, со ссылкой на источники, сообщает, что команда Трампа готова на радикальные шаги, чтобы добиться договоренности (или, как предпочитает американский президент говорить, сделки) по остановке российско-украинского конфликта. В частности, обсуждается возможность частичного снятия санкций в отношении РФ. Это будет непросто: значительная часть американских санкций введена решениями Конгресса, а не президента. Тем не менее, команда Белого дома готова пойти и на уговоры законодателей, где даже среди республиканцев нет единства о том, какую политику необходимо проводить в отношении РФ, и на контакт с американскими бизнесменами, работавшими с Россией до февраля 2022 года, с целью убедить их вернуться и выкупить свои активы, переданные российскому менеджменту.

Директор Центра социально-политических исследований РЭУ им. Г.В.Плеханова Юлия Давыдова в комментарии «НГ» сообщила, что хотя, безусловно, интерес американских компаний к российскому рынку достаточно высок, но их массового возвращения ждать не стоит. «Во-первых, возврат на российский рынок потребует многомиллионных вложений, так как за 4 года и оборудование успело устареть, и придется налаживать новые цепочки поставок. Во-вторых, на российском рынке существует ряд условий, делающих возвращение непростым. Механизм возврата, который разрабатывается в настоящее время, требует от фирм финансовые гарантии, передачу технологий, локализацию производства, но не предусматривает преференций. В-третьих, юридическая неопределенность. Российское законодательство не гарантирует полную защиту прав иностранного собственника», - считает Давыдова

Кроме того, отмечает эксперт, процесс отмены санкций против России сопряжен с серьёзными техническими, юридическими и политическими сложностями. «Нет единого механизма автоматической отмены санкций. Политической воли американского и российского руководства в этой ситуации недостаточно. Санкции вводились разными странами и их отмена требует согласования в правовой сфере. Даже в США быстрое снятие санкций невозможно, так как существуют определенные законодательные барьеры. Часть санкций закреплена федеральными законами и их отмена требует не только согласия президента, но и одобрения Конгресса».

Технически отмена санкций также достаточно сложна, поскольку для каждого типа санкций требуется своя процедура. Аналитики отмечают, что легче всего снять ограничения на лекарства, авиацию и экологию, а труднее всего в газовом и финансовом секторах.

«Кроме вышеперечисленных есть и прочие факторы, препятствующие снятию санкций. Прежде всего это позиция ЕС, который настаивает на откате к позициям 2022 г., что абсолютно нереалистично. Кроме того, отсутствуют гарантии со стороны западных регуляторов, что санкции не будут наложены повторно, что вызывает недоверие российских участников рынка. Также в странах ЕС и США присутствует парламентская поддержка санкционного давления, что препятствует возможностям руководства пойти на уступки», - полагает Давыдова.

Возможно, одним из радикальных шагов команды Трампа стало согласие на перенос переговоров в Европу. То, что они проходили в Женеве, а не в полностью нейтральных по отношению к российско-украинскому конфликту ОАЭ, на сегодняшний день – единственное видимое свидетельство перемен в ходе переговорного процесса.

https://www.ng.ru/world/2026-02-18/1_9440_world3.html