В последние годы в Кыргызстане все больше начали размышлять о проблеме строительства национальной самоидентификации и государства, суть которой состоит в том, сможет ли республика стать самоуправляемой, объединенной общим самосознанием, идентичностью, системой ценностей и культурой.

Национализм - тема весьма сложная, прежде всего, потому что существуют разные подходы к тому, как определять нацию, этнос, национальность и государство. В основе данного обсуждения лежит попытка рассмотреть особенности процессов самоидентификации во взаимосвязи с процессами государственного и национального строительства.

После обретения независимости Кыргызстаном, обсуждение на экспертном уровне проблем национализма, строительства нации и государства шло достаточно вяло. Если сравнивать в этом контексте дискуссионное пространство Кыргызстана с таковыми в соседних с ней республиках, заметно отставание.

Проблемы национализма обсуждались в большей степени в СМИ, среди интеллигенции, деятелей культуры, а иногда и среди обычных граждан, но мнения и голоса экспертов терялись в этой массе.
Объясняется это несколькими причинами. Дело в том, что любые попытки экспертных обсуждений строительства национального государства, предпосылок кыргызского национализма и его современных проявлениях неизбежно наталкивались на критику с разных сторон. Экспертов могли обвинить в продвижении идеи кыргызского этнократического государства, в расколе общества и дискриминации этнических меньшинств. Во многом это объясняется тем, что в обыденном сознании глубоко укоренились советские понятия, когда националистами называли шовинистов, ксенофобов или тех, кто не соглашался с политикой центра. Соответственно, обсуждение национализма априори считалось чем-то нехорошим.

Произошедшие летом 2010 года на юге Кыргызстана кровопролитные события способствовали возобновлению обсуждений вопросов о национализме, но сложный контекст того времени наложил еще больший отпечаток на течение и содержание подобных дискуссий.
Вопросы национализма стали чрезмерно чувствительными, говорить о них стало еще труднее и болезненнее. Учитывая, что страна только что пережила политическое потрясение и перед ней стояла первоочередная задача политической стабилизации и установления межэтнического мира, существовал некоторый страх спровоцировать и усложнить и без того непростую политическую обстановку, и особенно - страх усилить напряженность в сфере межэтнических отношений.

Кроме того, сказалась реакция международных организаций и СМИ. Тогда, в международных СМИ и отчетах разных комиссий, изучавших причины и последствия конфликта, было отмечено, что руководство страны оказалось неспособным предотвратить конфликт, а в качестве основной причины конфликта назывался кыргызский этнонационализм.

Так термин "национализм", и без того сложный для понимания, стал термином исключительно негативным для восприятия.
До сих пор тема национализма достаточно сложна для обсуждения, хотя она остается одной из актуальных для Кыргызстана, поскольку связана с процессами государственного и национального строительства.

Оба этих процесса не завершены. Основной вопрос государственного строительства - смогут ли кыргызы управлять самостоятельно, без давления и без указки извне. А главным вопросом национального строительства заключается в том, станут ли жители республики настоящим и сплоченным сообществом, признающим одну суверенную власть и объединенным общим самосознанием, самоидентификацией, ценностной системой, культурой и историей, что откровенно говоря, выглядит туманным.

Аскар Батыралиев