По словам Арстана Алая, в него вселилась великая энергия. «Поэтому Арстан Алай считает себя новым Богом. Ему подчиняются природа, вселенные силы. Он — суд жизни, открывающий дорогу к истине и закрывающий дорогу к иллюзионному миру. Управляет миром, потому на сегодня человеческие силы, правители, политика, деньги, техника, оружия, наука, медицина не справляются. Они не имеют вселенскую энергию». Журналисты, политики, ученые, историки должны получить у Арстана Алая вселенскую науку, программу и сохранить свой народ».

— Освобождение Омурбека Текебаева — это политическое решение президента Сооронбая Жээнбекова, а не торжество правосудия. И это важно понимать. Но спустя какое-то время, когда минует угроза возвращения в тюрьму, Текебаев перестанет слушаться. Он очень своенравный политик. Так что в оппозицию вернется, будь то радикальное направление или конструктивное... Выступать же против Сооронбая Жээнбекова ему смысла нет. Нет предмета дележа. А вот против Алмазбека Атамбаева может. Конструктивного оппозиционера я в нем не вижу, скорее, прирученного.

Президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков  одержал убедительную политическую победу, сумев подавить в зародыше попытку еще одной революции. С этим сейчас никто не спорит, потому что это непреложный факт. Я бы даже сказал сильнее: это чуть ли не первый в истории Кыргызстана случай, когда президент в критической ситуации действовал как глава государства и использовал данные ему Конституцией полномочия. Только это, на мой взгляд, вовсе не означает, что ему стоит теперь пребывать в праздности. Перед ним стоят еще более грандиозные задачи.

Кстати, нынешние события в Киргизии вызваны не столько простым переделом власти между ключевыми центрами силы, сколько принципиальным расхождением в базовых направлениях дальнейшего государственного строительства. Если северяне больше рассчитывали на поиск равновесного баланса интересов между ключевыми направлениями Россия - Европа - Китай, то южане делают стратегическую ставку на расширение взаимодействия с Евросоюзом и, по возможности, с Китаем, чтобы с их помощью компенсировать российское экономическое, а значит, и геополитическое притяжение.