После 1991 года, когда рухнул Советский Союз, вся российская власть была "западной", была "европейской". Западниками были Ельцин и младореформаторы. Офицеры ЦРУ сидели во всех министерствах, военных и научных центрах. Американцы контролировали ядерные объекты России. По американским лекалам разрушалась великая советская армия, ее заменяла декоративная, скроенная по натовским образцам.

Уничтожалась суверенная российская экономика, вместо нее насаждались глобалистские фирмы, предприятия. Россия становилась бензоколонкой Запада. Учебники средней школы создавались по уложению Сороса*. Вывески в больших городах писались по-английски. Голливуд господствовал в кинематографе. Телевизионные шоу были копиями американских телепрограмм. Даже русские, выступая по радио и телевидению, говорили с английскими интонациями. Россия настолько была привержена Западу, что просилась в НАТО.

За годы западного ига было воспитано несколько поколений. Ученики средней школы, студенты, молодые бизнесмены, служащие корпораций, зрители телевидения, путешественники в Европу и Америку образовали обширный слой российского населения, который сегодня называют "ревнителями западных ценностей".

Но позднее с российским государством случилось нечто, что заставило его отринуться от Запада, отшатнуться от Европы, поднять восстание против ига. Это проснулась в государстве Русская история. Умерев на кресте девяностых, она воскресла и начала восхождение от великих потрясений к величию. Государство передвинуло планку своих представлений о безопасности, суверенитете, развитии. И за этой вновь проведенной чертой оказалась немалая доля российского населения, которая мучительно реагировала на перемены, оставаясь преданной Европе, встала в оппозицию Государству Российскому.

Эта часть российского населения имела своих кумиров, свои организации, свои явные и неявные сети, раскинутые по всей России и заложенные Западом в период его абсолютного господства. Эти центры, эти вожди, эти сети начали подрывную работу против восставшего Государства Российского. И государство, страшась оранжевой революции, подрывных операций, стало очищать Россию от политических и идеологических центров, ведущих войну против государства.

Были вычеркнуты из российской реальности наиболее одиозные и влиятельные миллиардеры - Березовский, Гусинский, Ходорковский**. Были взяты под контроль главнейшие телевизионные каналы, которые в период чеченских войн своими телескопами стреляли в спину российских войск. Была подавлена Болотная площадь, с которой стартовала, к счастью, не состоявшаяся, оранжевая революция. Была разгромлена организация Навального***, и сам он оказался в тюрьме. Были закрыты "Мемориал"**, сахаровский центр**, радиостанции "Эхо Москвы"** и "Дождь"**, на множество оппозиционеров и хулителей государства были навешаны значки "иноагент".

Прозападное оппозиционное движение России осталось без вождей и организаций. Отхлынули за границу его кумиры - писатели, музыканты, художники. Обезглав­ленное, это движение растерялось, утратило осмысленность, но оставалось живым. И после начала Специальной военной операции, лавины антироссийских санкций, поставок дальнобойных ракет, валом идущих на Украину, после создания мощнейшего производства, вырабатывающего русофобию, Запад в своей войне против России решил воспользоваться этим обильным оппозиционным слоем. Запад решил создать новые центры и превратить оппозицию в осмысленное подрывное движение, способное сокрушить Государство Российское, сокрушить Путина.

Так возник проект "Мертвый вождь". Томящийся в тюрьмах, осужденный на бесконечные сроки Навальный внезапно умер. Заказчиком этой смерти был Запад. При рыхлости нашей пенитенциарной системы, когда уголовники в тюрьмах владеют мобильными телефонами и совершают шулерские атаки на кошельки обывателей, когда подкупленные надзиратели открывают двери камер, и уголовники чинят самосуд, убийство Навального не составляло труда для западной агентуры.

О живом Навальном, спрятанном в тухлые тюремные потемки, почти забыли. Но вспомнили о мертвом. Изощренные технологии Запада превращают его в сакральную жертву. Вдова Навального рыдает на плече президента Байдена. Флешмоб выводит на улицы молодежь, и она бежит возлагать цветы к Соловецкому камню. Виновником смерти Навального делают Государство Российское и президента Путина.

Создание мертвого вождя Навального сопровождается диффамацией живого вождя русского народа - президента Путина. Уровень диффамации таков, что президент Байден бросает в адрес Путина мерзкое оскорбление, подобно тому, как змея выплевывает комок отравленной липкой слюны. Профессор Соловей неутомимо и системно распространяет миф о смерти президента, о двойниках, от имени которых управляется сегодняшнее Государство Российское. Мертвый вождь противопоставлен живому единственному вождю России - Путину.

Две эти фигуры несоизмеримы. Путин летает на стратегическом бомбардировщике. Спускает на воду стратегические атомные подводные лодки. Открывает скоростные дороги и уникальные промышленные объекты. Путин - вождь русского возрождения, русского восхождения от великих потрясений к величию.

Мертвого Навального, как зомби, Запад запускает в русское общество. Он будет бродить, как мрачное сновидение, тревожить умы, волновать людское воображение нелепыми и мрачными слухами, жуткими предсказаниями, пока не канет в прорубь Русской истории.