В соцлагере к 1980-м почти повсеместным явлением стало недовольство жизнью и правительством. Причин здесь несколько. Во-первых, люди не ценили то, что имели. Они видели фотографии или кадры из западных кинофильмов – полные прилавки, 100 сортов колбасы и сыра, модная одежда; они сравнивали зарплаты. При этом они "забывали", сколько на Западе уходит на уплату налогов (до 50%), "забывали" про платную медицину и образование, кредитное рабство, коротенький отпуск.

А у себя "забывали" добавить к зарплате те расходы, которые несет система по обеспечению бесплатной медицины, образования и многого другого. Когда после разрушения они это почувствовали, было поздно. Как говорится в Коране: "Пусть наслаждаются, потом они узнают!" Сегодня ясно: для России и Восточной Европы десятилетия социализма были лучшим и в плане благосостояния, и в плане исторической субъектности временем.

Во-вторых, социализм – значительное более уязвимое для критики общество. Он постулирует социальную справедливость и равенство, а они-то как раз и нарушались в ходе развития социализма и превращения номенклатуры в квазикласс, удовлетворяющий свои материальные потребности в значительной степени на Западе. Это было явным противоречием реальности и прокламируемым идеалам. А вот капитализм (и постсоветская реальность в той же РФ, Чехии, Болгарии и т.д.), тем более, когда после разрушения социализма некого бояться и некого стесняться, как бы заявляет: да, у нас эксплуататорское общество, рынок, конкуренция – выживает сильнейший – это и есть свобода.

Многие претензии, которые можно предъявить социализму, не могут быть предъявлены капитализму. Что можно сказать тому, кто постулирует: "Да, вот такой я негодяй! Это норма!" И что тут скажешь? Иными словами, значительная часть недовольства в соцстранах – это недовольство нарушением принципов социализма и глупая уверенность, что это можно исправить инъекцией капитализма.

В-третьих, почти всех жителей Pax Socialistica в той или иной степени раздражал СССР, раздражали русские – сильные всегда раздражают. Всех – по разным причинам: поляков – потому что мы их били и потому что, как бы они ни кичились, великой культуры не создали, а как были, так и остались (и остаются) задворками Запада, а Россия и великую культуру создала, и империю. Многих – потому что легли под Гитлера, а русские не только не легли, но и хребет сломали Третьему рейху; у нас есть Победа – у кого в Европе еще она есть?

Русские – единственный славянский народ имперского типа, создавший успешную империю (сербы тоже имперский народ, но исторически по объективным причинам им трудно было добиться успеха). Это противопоставляет русских почти всем славянам, а также всем неимперским народам, оказавшимся в русской орбите, но так и не выработавшим исторической благодарности за то, что русские всегда защищали их от Запада, прежде всего от немцев, от волчьей тевтонской стаи.

Поэтому прав был К. Леонтьев в своем скепсисе по отношению к "славянскому братству". "Имперское братство" прочнее. Надо помнить об этом, когда к середине XXI в. под натиском миллионов арабов и негров Европа начнет трещать и народ ломанется в Россию за защитой. Нам надо будет "вспомнить все" – без злорадства, но и без эмоций, только с трезвым расчетом.

Хватит спасать неблагодарных, которые на второй день после очередного спасения плюют нам в спину и начинают косить "под Запад". Когда я слышу, как те же поляки говорят "мы – Запад", мне хочется сказать им: "Расскажите это немцам!"