В последние дни в Молдове произошло два события. Первое: власти Республики Молдова (РМ) признали, что направили двух своих спецслужбистов в Россию с «секретной миссией», где их, как известно, повязали и недавно обменяли, после чего они вернулись в Молдову.

Второе: парламент Молдовы в двух чтениях принял закон, облагающий налогами и акцизами ввозимые в ПМР товары. Это призвано обрушить экономику Приднестровья, спровоцировать социальный взрыв, заставить отказаться приднестровцев от своей государственности и от де-факто существующего союза ПМР (Приднестровской Молдавской республики) и России.

В воздухе повисла тревога. Неоспоримо одно: администрация Майи Санду пошла ва-банк. Но почему именно сейчас?

Вспомним некоторые факты. По случаю освобождения и прибытия в Кишинев обмененных офицеров СИБ (Службы информации и безопасности) президент Молдовы Майя Санду во всеуслышание заявила, что молдавские разведчики находились в России «в плену». По сообщению ФСБ, двое служащих молдавской разведки были задержаны в РФ во время выполнения задания и дали соответствующие показания.

При этом Кишинев признал, что офицеры СИБ отправились в Россию по приказу своего начальства. Фактически это прямо подтверждает Майя Санду. Она заявила, что произошел обмен двух человек, «работавших на Республику Молдова», на тех, кто «работал против Молдовы».

Вопрос: почему Санду столь открыто бросает вызов России? Цель ясна – показать сознательную враждебность кишиневской власти в отношении России и спровоцировать Москву на разрыв связей с Республикой Молдова (РМ), включая готовящийся в Кишиневе визовый режим для граждан России.

Не успел народ выдохнуть после откровений президента РМ, как шпионский скандал лично прокомментировал директор Службы информации и безопасности РМ Александру Мустяцэ, ранее никогда в спецслужбах не работавший. Он вслед за Санду признал, что фигуранты ареста и обмена – офицеры СИБ. Затем уточнил: да, они были направлены в Россию с «секретной миссией». К этому добавим со ссылками на открытые источники – по чужим документам.

Явной провокацией прозвучала фраза господина директора, что направленные в чужую страну молдавские кадровые спецслужбисты «не сделали в России ничего плохого». То есть работали под прикрытием на территории и явно против страны, куда их направили, и при этом не сделали «ничего плохого». Поэтому, продолжил Мустяцэ, «мы потребовали от россиян освободить молдавских разведчиков без всяких условий». Надо признать, это прозвучало непрофессионально.

Но важнее вопрос: к чему такая демонстративная откровенность со стороны чиновника? Это осознанная линия: неприятие России не скрывать, провоцировать разрыв, вести себя дерзко. Вот еще пример.

В парламенте Молдовы решают, что надо запретить депутатам выступать на русском языке. И при этом говорят, что Приднестровье должно согласиться на капитуляцию. Напомним. В 90-е годы прошлого века в парламенте РМ были приднестровцы. Но им не только начали запрещать говорить на русском языке, но и публично избивать. Приднестровская делегация покинула парламент. А теперь приднестровцам обещают мирную реинтеграцию.

Власти Молдовы вступили в открытое противоборство с Россией. А раз Кишинев рассматривает ПМР как «пророссийский сепаратистский режим», то вполне ясно, что желание уничтожить приднестровскую государственность – один из элементов плана покровителей кишиневской власти: вытеснить Россию с юго-запада бывшего СССР.

Давление на приднестровцев идет серьезное. Важный аспект давления – это введение командой Санду НДС на газ, который поставляется в Приднестровье. Это удавка, призванная опустошить приднестровскую казну и не дать возможность работать заводам и фабрикам ПМР. Иной раз пишут о том, что власти РМ хотят регулировать объемы подачи газа в нашу республику. Это опять же для недопущения к нам больших объемов голубого топлива, способных вдохнуть новую жизнь в промышленность Приднестровья.

Очевидно, Кишинев спешит – необходимо сломать ПМР до конца 2026 года. И не только потому, что этот срок определен глобалистами. Президент Санду вновь заговорила, что Молдове было бы неплохо объединиться с Румынией. Это, дескать, облегчило бы вступление Молдовы в ЕС. Однако, если независимая страна поглощается другой страной и теряет свой статус, прекращая свое существование, то куда она может вступать или откуда выходить? За нее это будет решать страна-поглотитель.

Кстати, на заявление Санду о возможности присоединения Молдовы к Румынии тут же откликнулся президент этой страны Никушор Дан. Румыния, четко заявил он, готова к объединению, если на то будет воля Молдовы.

А для Румынии включение в свой состав ПМР с сохранившимся промышленным потенциалом означает большой шаг в направлении Черноморского побережья с Одессой и Николаевом. Так что, возможно, меры официального Кишинева по разрушению приднестровской экономики и провоцированию социального взрыва в Приднестровье – это еще и румынский заказ в расчете на то, что в нужный Бухаресту момент оба берега Днестра упадут в руки тем, кто уже в 1941–1944 годах владел всей бывшей Советской Молдавией.

Помешать этому могут совместные действия России и Приднестровья по всем направлениям.

https://www.ng.ru/vision/2026-05-03/5_9487_moldova.html