Трагический инцидент на таджикско-афганской границе, унесший жизни пограничников и китайских старателей на Памире, стал темой экстренных переговоров глав МИД двух стран Амирхана Муттаки и Сироджиддина Мухриддина. Пока Муттаки заверяет Душанбе в тщательном расследовании вооруженного прорыва, Таджикистан переходит к решительному укреплению южных рубежей.

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон лично ввел в строй четыре новые пограничные заставы и специализированный полигон, усиливая обороноспособность страны перед лицом новых вызовов.Глава МИД в правительстве "Талибана" Амирхан Муттаки в общении с местными СМИ подтвердил факт телефонного разговора со своим таджикским коллегой Сироджиддином Мухриддином.

Данная экстренная мера была вызвана критическим обострением ситуации на границе: всего за последний месяц территория Таджикистана подверглась нападениям трижды.

Наиболее резонансными стали ноябрьские атаки с использованием беспилотных летательных аппаратов (БПЛА), осуществленные с интервалом в несколько дней в Хатлонской области и в Дарвазском районе Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО) Таджикистана. В результате этих обстрелов в общей сложности погибли пять граждан КНР, еще пятеро получили ранения. Все они были сотрудники золотодобывающей компании "Шохин СМ".

Череда инцидентов продолжилась в ночь на 24 декабря, в районе Шамсуддин-Шохин три человека пересекли афгано-таджикскую границу и укрылись на территории Таджикистана. Утром местонахождение нарушителей было установлено, однако на законное требование таджикских пограничников о сдаче боевики ответили ожесточенным вооруженным сопротивлением. По информации пресс-центра Пограничных войск ГКНБ Таджикистана, целью диверсантов была подготовка вооруженного нападения на одну из пограничных застав. В ходе завязавшегося боестолкновения были ликвидированы трое нападавших, со стороны сил безопасности Таджикистана погибли двое силовиков.

На этом фоне официальный Душанбе занял жесткую позицию, обвинив правящие круги в Кабуле в "серьезной и неоднократной безответственности", а также в систематическом невыполнении международных обязательств и обещаний. Таджикская сторона настаивает не только на официальных извинениях со стороны "Талибана", но и на принятии реальных мер по пресечению вылазок вооруженных групп с афганской территории.

В свою очередь, Амирхан Муттаки объявил о начале масштабного расследования инцидентов, подчеркнув готовность талибов к сотрудничеству для предотвращения подобных угроз в будущем. По мнению министра, за провокациями стоят некие "злонамеренные круги", стремящиеся дестабилизировать ситуацию и разрушить отношения между странами. "Мы находимся на связи с министром иностранных дел Таджикистана и ведем совместную работу, чтобы исключить повторение таких негативных событий", – резюмировал Муттаки, отметив, что обеспечение безопасности в Бадахшане, как и в других регионах страны, является приоритетной задачей правительства "Талибана".

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон после обстрела границы провел 1 декабря экстренное совещание Совбеза, потребовав от силовиков усилить охрану и принять меры для предотвращения повторения инцидентов. Глава государства также поручил установить новые системы наблюдения и радиоэлектронной борьбы (РЭБ), предназначенных для противодействия БПЛА.

На минувшей неделе Эмомали Рахмон совместно с сыном, председателем Маджлиси миллии Маджлиси Оли (верхней палаты парламента) и мэром Душанбе Рустами Эмомали посетил Министерство обороны республики, где в дистанционном формате ввел в эксплуатацию танкодром учебного полигона "Харбмайдон" и четыре новые пограничные заставы, расположенные на труднодоступном и высокогорном участке границы с Афганистаном. Ранее этот участок не имел полноценной инфраструктуры и защиты. Для обеспечения бесперебойной работы новых объектов в регионе была построена автомобильная дорога протяженностью более 70 км, а также создана необходимая вспомогательная инфраструктура, сообщил ресурс "Азия плюс".

По мнению ведущего научного сотрудника Института международных исследований МГИМО МИД России Александра Князева, налицо планомерные действия по эскалации напряженности. Но было бы абсолютно неверным считать эти действия какой-то самостоятельной инициативой тех международных террористических группировок, которые присутствуют в некоторых приграничных районах афганского северо-востока: в Бадахшане, Тахаре или Кундузе. К слову, афганская газета "Хашти субх" приписывает "авторство" инцидента запрещенной в РФ группировке "Ансаруллах", о которой в последнее время вообще неизвестно, существует ли…

Масштабы этого присутствия оцениваются очень по-разному, с разбросом от нескольких сотен до нескольких десятков тысяч боевиков, но все без исключения эти оценки сомнительны: никто не называет ни источников информации, ни методик подсчета. Трудно говорить с уверенностью о какой-либо объективности всех внешних оценок: учитывая чрезвычайную сложность отношений внешних акторов к ситуации в Афганистане, а также широчайшую палитру их интересов в этой стране, самый простой вывод состоит в том, что любые внешние оценки угроз и рисков в этом регионе будут конъюнктурны. Остается ответить на вполне закономерный в подобных случаях вопрос: кому выгодна подобная эскалация напряженности в представлениях о происходящем и некоего общественного страха?

Эксперт считает, что сообщения о вооруженных столкновениях на афганско-таджикской границе, не имеющие, в общем-то, перспектив перерасти во что-то масштабное, могут являться просто частью агитационно-пропагандистской операции, частью спектра психологической войны, целью которой в большом числе подобных случаев бывает создание управляемого общественного психоза, необходимого для достижения определенных целей. Немало войн в истории начиналось с локальных диверсионных акций, осуществлявшихся по заданиям спецслужб террористическими или просто криминальными группировками и становившихся casus belli…

Князев обратил внимание, что обвинения Душанбе прозвучали на фоне только что наметившихся позитивных тенденций в двусторонних отношениях между Таджикистаном и Афганистаном. "При этом во всех других странах региона давно сформировалось понимание того, что, как недавно говорил в интервью каналу India Today президент России Владимир Путин, "Талибан очевидно контролирует ситуацию в Афганистане… Нужно это признавать, потому что это реальность". Эта реальность, в частности, состоит и в определенной слабости государственных институтов в Афганистане, в силу чего недостаточен, конечно, и контроль ряда регионов страны, как и контроль ситуации на отдельных участках границы", – подчеркнул эксперт "НГ".

По его мнению, слабость государства – не сугубо афганское явление, и оно относится не только к периоду, когда к власти в стране пришло движение талибов. Можно вспомнить, что на протяжении полутора десятков лет эту же границу со стороны Таджикистана охраняла российская пограничная группа и охраняла в гораздо более сложных, нежели нынешние, условиях шедшей тогда в республике гражданской войны. Синхронно с российской помощью создавалась и современная пограничная служба Таджикистана, а теперь самое время помочь Афганистану. Не ведясь на провокации, как в заявлении погранслужбы Таджикистана.

"Есть и еще одна версия. Нынешние афганские госструктуры относительно стабилизировали ситуацию в верховьях реки Пяндж и ее притоков, и там появилось много золотоискателей, в том числе и из Китая. Такие же золотоискатели работают на границе и со стороны Таджикистана. Между ними и идет острая конкуренция за контроль над наиболее золотоносными притоками Пянджа. В эту версию очень убедительно ложится тот факт, что предыдущие нападения были направлены как раз на китайских золотодобытчиков", – отметил Александр Князев в комментарии для "НГ".