На последнем саммите 30 октября между США и Китаем президенты двух стран договорились ослабить ограничения на поставки критически важных минералов. Однако доминирующее положение Китая в этой области будет и впредь определять глобальные поставки и внешнюю политику США на протяжении многих лет. Недавний визит президента Трампа в Азию был в значительной степени сосредоточен на заключении соглашений по этому вопросу, и одно из важнейших соглашений было достигнуто между Австралией и США.

6 ноября в Вашингтоне состоялся еще один саммит – C5+1. Это платформа для дипломатического взаимодействия с пятью странами Центральной Азии. Для Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана это возможность уменьшить зависимость от Китая и России, в то время как США ищут способы диверсифицировать источники критически важных минералов. Во время саммита эта тема действительно доминировала в дискуссиях наряду с вопросами торговли и инвестиционного сотрудничества.

Казахстан и Узбекистан хорошо известны своими запасами урана и других редких минералов. Торговые представители и официальные лица США начали изучать регион и провели серию встреч в двух странах в октябре 2025 года и уже есть некоторые результаты: Казахстан и американская инвестиционная группа Cove Kaz Capital, по сообщениям, согласовали условия создания совместного предприятия для разработки двух крупнейших месторождений вольфрама.

В то время как соседние страны Центральной Азии продвигаются вперед, заключая соглашения и сделки, Кыргызстан пока не попал в центр внимания, несмотря на свой огромный нереализованный потенциал в области критических минералов.

Так что же именно может предложить наша страна? Критически важный минерал, о котором вы, вероятно, мало слышали — сурьма. Обладая почти 13 % мировых запасов сурьмы, Кыргызская Республика занимает 4-е место в мире после Китая, России и Боливии.

Министерство внутренних дел США добавило сурьму в свой список минералов, критически важных для экономики и национальной безопасности США. В этот список также входят другие редкоземельные элементы, такие как кобальт и уран. Несмотря на это, сурьме, ее важности для современного общества и потенциальным будущим применениям уделяется мало внимания. Он наиболее известен своим традиционным использованием в военной сфере, например, в производстве вольфрамовых сталей и свинцовых пуль, а также в оборудовании ночного видения и инфракрасных датчиках. Сегодня, с развитием технологий и возобновляемых источников энергии, использование сурьмы также расширилось до новой технологии аккумуляторов (жидкометаллические аккумуляторы) — ключевого элемента энергоносителей следующего поколения.

Предполагаемое содержание сурьмы в месторождениях Кыргызстана сопоставимо с содержанием в других шахтах по всему миру. Даже с учетом неопределенности данных, потенциальное преимущество Кыргызстана является значительным и обеспечит долгосрочный доступ. Сделка по сурьме является взаимовыгодным стратегическим соглашением: Бишкек получает технологии, инвестиции и геополитическую диверсификацию, а Вашингтон обеспечивает себе важнейшее звено в цепочке поставок, которое он считает жизненно важным для национальной безопасности. Станет ли это партнерство преобразующим предприятием в области добычи и переработки, будет зависеть от технических технико-экономических обоснований, стабильности рынка и готовности обеих сторон выйти за рамки меморандумов о взаимопонимании и заключить обязательные соглашения о создании совместного предприятия и распределении капитала.

Если эти важные вехи будут достигнуты, Кыргызстан может стать ключевым глобальным игроком на рынке сурьмы, а проект может послужить моделью для справедливого сотрудничества между Севером и Югом в области критически важных минералов.

В случае успеха совместное предприятие может стать шаблоном для будущего сотрудничества между США и Центральной Азией в области критически важных минералов, основанного на общих экономических интересах, но определяемого глобальной конкуренцией между государствами. Однако успех будет зависеть от способности ориентироваться в сложной нормативной, геополитической и рыночной среде, где грань между коммерческими возможностями и стратегической конкуренцией становится все более размытой.